Инновации и технологии

О стычках в соцсетях и реальных настроениях в казахстанском обществе

Айман ЖУСУПОВА, социолог: Социальные медиа приобретают особую значимость в условиях «ручных» СМИ и тогда, когда власти реагируют  на те или иные события с опозданием, а то и вовсе игнорируют их. В таких случаях граждане все чаще обращаются к социальным сетям. Можно ли по последним судить в целом о настроениях, царящих в Казахстане? На мой взгляд, нет. Соцсети дают некую картину того, как людьми воспринимаются те или иные факты и явления,  но они никак не отражают количественные показатели: по ним невозможно сделать вывод о том, какая часть общества придерживается той или иной позиции. Тем более что в сети много проплаченных комментариев, немало таких, кто сознательно и целенаправленно пытается сформировать определенное общественное мнение. Степень политической активности в виртуальном пространстве значительно отличается от поведения в реальной жизни.  Достаточно поставить «лайк», поделиться материалом, подписаться на сайт или на конкретного блогера – и это может рассматриваться как форма политического участия в режиме он-лайн. Тогда как в реальности этот же человек может вести себя и даже говорить совершенно иначе. 

Толгонай УМЕТАЛИЕВА, политолог: Граждане, воспитанные в государ­ стве, которое агрессивно навязывало свое, было нетерпимым к инакомыс­лию, не уважало человече­ское достоинство, навеши­вало ярлыки вроде «врагов народа», сегодня уже сами в социальных сетях демон­стрируют эти привитые им навыки поведения. Поэтому я не думаю, что мы живем в параллельных мирах: тот же Facebook от­ражает то, что скрыто в ре­альной жизни. Кроме того, как мы можем наблюдать, некоторые вопросы, обсуж­даемые в социальных сетях, оказывают влияние на ре­альные действия, и нередко складывается впечатление, что «реальность» противо­стоит социальным сетям. Взять, к примеру, дискус­сии вокруг празднования 9 Мая в нашей стране. Чего хотят их инициаторы? Пока мы видим, что они могут лишь организовать «выхлоп» эмоций, собрать под этот шум людей. А вот объяснить, в чем же заклю­чается их позиция, почему они против празднования 9 Мая, эти люди не в состо­янии. Понятно только, что они против России, против СССР и агрессии. Для них важно, что они «против», а значит, и другие должны поддержать их в этом про­тесте, в противном случае им, то есть другим, грозит участь стать «заклятыми врагами». Вопросы, касающиеся переосмысления прошло­го опыта, развития казах­ского языка, волнуют не только тех, кто сидит в социальных сетях. Но эти проблемы не решаются че­ рез такие вспышки ярости и агрессии, это куда более серьезный и длительный процесс – он требует по-настоящему содержатель­ных дискуссий, прежде чем можно будет опреде­литься с тем, что же мы хотим изменить и чего до­стичь. В нашей стране мы были свидетелями очень многих непродуманных реформ-экспериментов, которые не были осмысле­ны и поняты, прежде чем начали реализовываться. 

 

Столице – достойную авиагавань!

Международные авиахабы, как то немецкий Франкфурт-на-Майне, где базируется компания Lufthansa; голландский «Схипхол» с ушедшей из Казахстана KLM; британский «Хитроу», откуда выполняются ключевые маршруты British Airways; сингапурский «Чанги», служащий базой для Singapore Airlines; Дубай (Emirates), Шереметьево («Аэрофлот») и другие ведущие аэропорты мира.эти давно известны казахстанцам не понаслышке.  При умопомрачительных темпах развития международных авиахабов Казахстан рискует остаться на обочине глобального авиационного рынка, без чего вряд ли можно реально претендовать на место в престижной мировой группе «Топ-30». Даже неспециалистам уже ясно, что нынешняя модель управления отечественными аэропортами не отвечает конкурентным реалиям и нуждается в иных, радикальных подходах. Ведь сегодня они не только не отвечают растущему потенциалу авиаперевозчиков, получающих все больше новых современных самолетов, но и качественно изменившимся запросам пассажиров, приученных к цивилизованному сервису в воздухе.

Мамед Тагаев, доктор филологических наук, профессор КРСУ: Чем опасны политические игры с кыргызским алфавитом?

Попытки перевести письменность с кириллицы на латиницу я воспринимаю как попытки дистанцироваться от русского мира. Но, дистанцируясь от русского мира, мы ни на йоту не приблизимся к западному миру, мы останемся в изоляции. А изоляция – это гибель для нации. Вот наши сторонники перехода на латиницу как раз и называют в качестве главного аргумента переход на латинскую графику таких тюркоязычных стран, как Казахстан, Узбекистан, Азербайджан. Азербайджан мы не будем рассматривать, потому как турецкий и азербайджанский языки очень близки, как и народы этих стран. И у них этот переход происходит менее болезненно. Но почему переходит Казахстан? Страна, которая имеет наиболее тесные связи с Россией? Это попытка выстроить некую стену, дистанцироваться от русского мира. Потом, Казахстан – это богатая страна, там казахская элита уже давно отправляет своих детей для обучения на запад. И для элиты западная культура, как и языки, уже не являются чужеродной.

Страницы

Подписка на RSS - Инновации и технологии