Нужна нам такая «демократия»?

 

Так называемая «западная демократия», которую объявляют «идеальным строем» правители большинства стран мира, стала впервые устанавливаться в европейских странах после Первой Мировой войны. Главными пропагандистами и движущей силой ее установления были мелкие и средние предприниматели. Они происходили преимущественно из непривилегированных слоев населения (городские мастера-кустари, земледельцы), которым прежде было очень трудно создать свой бизнес из-за препятствий крупных промышленников и защищающих их интересы королей. Именно в их среде и родилась идея о равенстве перед законом всех людей, независимо от их происхождения, полной свободе предпринимательства и всеобщей возможности участвовать в политической жизни государства, чтобы самостоятельно отстаивать свои права. Когда европейские монархические и олигархические режимы, совершенно погрязшие в алчности и разврате, в годы Первой Мировой войны привели в полный упадок и разруху свои государства, власть в Европе захватили новые силы, которые опирались на удовлетворявшую интересы как предпринимателей, так и трудящихся идеологию демократии. Само слово это греческое по происхождению, означающее буквально «власть демов» (территориальных общин) или же просто «народовластие».
В чистом, неизвращенном виде этот строй просуществовал недолго: около двадцати лет.
Демократический строй еще мог существовать в Древней Греции в независимых городах, где свободное население составляло по нескольку тысяч человек, но в европейских странах XX в., населенных многими миллионами жителей, он оказался неподходящим. Он открыл дорогу к власти множеству некомпетентных в делах управления государством людей. Сельский обыватель с юга Германии, оказавшись в высших органах государственной власти, не знал, как преодолевать проблемы, характерные для северных германских городов. Пока находились разбирающиеся в этом вопросе советники, к власти с помощью т.н. «демократических свобод» рвались всякие другие группы, спекулируя на неприятностях населения, и власть менялась, не успев ничего решить. И то же самое происходило с новой властью: прежде чем она успевала предпринять серьезные шаги по преодолению существующих трудностей, ее вытесняла очередная группировка. И так далее.
В результате чистая демократия показала свою политическую несостоятельность. После Второй Мировой войны демократический строй принял извращенный вид: демократические свободы стали использоваться только для задабривания масс населения свободным образом жизни и правом вольно говорить все, что думаешь, а власть вновь перешла в руки крупных промышленников и банкиров. Такая форма и стала безраздельно господствовать в Западной Европе и США.
Фактическая власть в «демократических» странах Европы и США находится в руках промышленных и банковских магнатов. Они не лично руководят своими государствами, а через спонсируемых ими «президентов», «премьер-министров», «спикеров партий». У «случайных» людей, лишенных финансовой поддержки правящего класса, просто не хватит средств на предвыборную рекламу, чтобы публично заявить о своей политической программе. Поэтому вплоть до сегодняшних дней политика европейских стран суть одна и та же, реализовывающая олигархические интересы.
Руководители этих «демократических» стран ведут внутреннюю политику по принципу «сытый народ не ропщет». Поэтому в западных странах никто не лишен возможности хорошо заработать или получить социальную поддержку в размере много большем, чем средняя зарплата у большинства жителей Казахстана. И если у кого и бывают проблемы с жильем, так это у иммигрантов из других стран. То же касается медицинской помощи, сервиса и прочих жизненных благ. И государственная власть строго следит, чтобы никто не оставался обделенным едой, жилищем и лекарствами. А то, чего доброго, народ взбунтуется. Наши казахстанские «демократы» у власти и этого не могут обеспечить своему малочисленному народу, имея огромные запасы природных ресурсов.
В политике “западной демократии” есть для народа не только обилие хлеба, но и предоставляемая гамма «зрелищ». Западные государства предоставляют своим гражданам полную духовную свободу. Сегодня человек может быть «христианином», завтра – «мусульманином», послезавтра – «буддистом», а закончить жизнь, водя шаманские пляски вокруг костра. Можно всякими словами обругать свое правительство, порассуждать о том, что неплохо было бы установить коммунизм или феодальное общество. Никто не преследует и не осудит за беспорядочные половые связи (напротив, в западных кинофильмах уважаемые в обществе люди обнимаются то с одной, то с другой любовницей), организацию клубов геев, садомазохистов, митингов в полуодетом виде – лишь бы ты не мешал другим делать то же самое, и не звал людей на баррикады.
Таким образом, в западном обществе человек волен наслаждаться утолением своих страстей и инстинктов, когда ему захочется; он тонет в болоте плотских наслаждений, и в таком состоянии его мало тревожит то, кто руководит его государством и что за политику ведет. Обеспечивая подвластное население свободой чувств и инстинктов, правящий класс Запада обеспечивает лично себе другую свободу – свободу наживы. Занятый посиделками в ресторанах, любовными объятиями и соревнованием друг с другом в том, кто экстравагантнее выглядит, народ в ответ на беспринципную алчность своих правителей может максимум только выйти на площадь и поругать правительство за бомбежки мирных иракцев или афганцев, чтобы затем вновь вернуться к своим страстям. И утонувший в собственном пороке люд не задумывается над тем, что политика его правящего класса может в итоге дорого стоить и ему самому.
Идеология «демократии» стала смертельным ядом в руках политиков, которые, парализовав им собственный народ, применяют его и в других странах, население которых желают покорить. Все свои империалистические войны за чужие ресурсы и подкуп спекулянтских политических группировок в других странах, политики Запада прикрывают «распространением демократии». И в захваченных западными армиями или закабаленных западными банкирами странах эта «демократия» играет свою убийственную роль: распространяющаяся там вседозволенность превращает завоеванный народ в бесформенную массу, озабоченную только своими страстями и сиюминутными желаниями, не способную объединиться и дать отпор агрессорам. Человеку, погрязшему в прелюбодеянии, не до того, чтобы регулярно разбирать и чистить автомат. И его можно когда угодно ограбить, убить, заточить в застенки, если это в интересах захватчиков. Народ, которому военной силой навязали «демократию», бедствует вдвойне: он не только гибнет от распущенности нравов и порождаемыми ею всеобщим эгоизмом и духовной слабостью, но и страдает от вызванной военной разрухой нищеты, террора захватчиков, а всякое противодействие немедленно топится в крови как «угроза демократии».
Когда в Казахстане и других странах СНГ показал свою несостоятельность советский режим, Запад – ее вековой противник, подкинул идею «демократии»  в расчете на то, что их народы погрязнут во вседозволенности и загибнут, озабоченные только своими сиюминутными желаниями, а не взаимоподдержкой и воспитанием здорового поколения. То и случилось, с той разницей, что эту идеологию на вооружение взяла вчерашняя коммунистическая элита, испугавшаяся выступлений собственного народа. А в остальном получилась обычная картина разрушительного действия «демократического» яда: народ страны, ресурсы которой после крушения советской экономики разрушены, или присвоены бывшими крупными советскими чиновниками, вымирает от бесправия и нищеты, но не может объединиться, и навести порядок, потому что каждый озабочен прелюбодеянием, выпивкой, попытками заработать денег, не делясь ими с соседом. Ведь это дозволено «демократией».
 
Газиз ТОРТБАЕВ, руководитель ресурсного центра «Арлан»

Комментарии

The movements are liked by enthusiasts because they boast buy rolex replica sale of power reserve. Though that happened at the expense of movement frequency which went from 4Hz to 3Hz in order to achieve this. I also think that the rolex replica watches have tweaked mainspring barrels and regulation systems. There are hot spots around the world where the breitling replica sale elite shop like ports where mega yachts dock or private jet terminals near exclusive weekend resorts. If those places have watch stores, then I hope at least a few of them carry something from watches store. Given that such stones are replica watches exactly common commodities, the exact look and price of each timepiece will vary a bit given that so much of the value is in the stone. Doing this was pretty rolex replica in concept, but did require some special development. In essence, the sapphire crystal has a hole cut in swiss replica watches and around the hole is a gasket and then the diamond.