Государство и религия: реалии и перспективы сотрудничества

 

В последнее время тема взаимоотношения государства и религии вновь становится актуальной. О направлениях сотрудничества государства и религии в современном Казахстане и возможности религии в модернизации республики мы попросили рассказать главного научного сотрудника КИСИ при Президенте РК, доктора философских наук, профессора Анатолия КОСИЧЕНКО.

ЛИТЕР-Неделя: Анатолий Григорьевич, сейчас не только у нас на постсоветском пространстве, но и повсеместно в мире религия сталкивается с ситуацией, когда ей очень трудно реализовывать свои положительные возможности.

А.К.: Да, это так. Ушли в прошлое годы государственного атеизма, господствовавшего в СССР, и огромное позитивное значение религии стало осознаваться на всех уровнях: личном, общественном и государственном. Религия – одна из фундаментальных базовых основ человечества, раскрывающая смысл его существования и помогающая человеку жить свободно и справедливо в надежде на обретение вечного спасения. Казалось бы, религии (как единству Бога и человека) надо предоставить возможность оказывать свое высокое предназначение. В действительности же не только у нас, на постсоветском пространстве, но и повсеместно в мире религия лишена возможности реально вести за собой человеческое сообщество. Нам могут возразить: как же так – разве религия не получила свободы функционирования, разве ей не предоставлены права влиять на общества и людей? Все так: ей такие права предоставлены. Но разве единству Бога и человека надо предоставлять какие-то права? Разве это единство не изначально и не безусловно? Кто может предоставлять эти права или лишать их? Мы видим, что воинственный, примитивный атеизм отступил, став чересчур уж одиозным, но непонимание сущности религии господствует по-прежнему.

В России Патриарх Московский и Всея Руси Кирилл прилагает титанические усилия, чтобы пробить стену этого непонимания, чтобы доказать власти, что церковь делает самое великое, что можно сделать для власти, – молится о ней, о ее спасении, вразумлении, успехе; чтобы доказать очевидное обществу – церковное имущество должно принадлежать церкви, но во многом по-прежнему атеистическое общество не соглашается с тем, что иконы должны находиться в храмах (для чего они и создавались), а не в запасниках музеев; чтобы напомнить, что семья – ячейка и опора общества – должна быть целостной, окруженной заботой государства, но государство посредством своей политики и СМИ разрушает семью и освященный церковью брак, ратуя за "свободную" любовь и безудержную "свободу" чувственных удовольствий; чтобы доказать, что молодое поколение надо воспитывать и образовывать на нравственной основе, для чего необходимо ввести в школы религиозные предметы, а не курсы полового воспитания; чтобы показать, что социальное служение церкви необходимо обществу, так как умягчает нравы и учит добру. И все эти очевидные истины надо мучительно пробивать через непонимание власти и общества и бороться с агрессивным противодействием противников религии.

Где же тут права религии? Права на что? На беззубое взывание к морали? На бесконечный компромисс? Ссылки на годы атеизма, которые, дескать, разрушили систему взаимодействия общества и религии, которые лишили людей привычки к исповедальному поведению, все эти ссылки – лукавство. Истинная причины такого положения – незаинтересованность власти в возрастании роли религии и ее влияния на все сферы общества, с одной стороны, и массовое безверие народа – с другой. Сегодня трудно верить в Бога, это требует от человека дисциплины духа, жертвенности, любви – всего этого явно не достает ни в российском обществе, ни в казахстанском, ни в любом другом. Если говорить без обиняков, попытки власти контролировать религию менее болезненны для религии, чем массовое безверие народа, вопреки декларируемой поголовной религиозности. Поэтому религия должна воспитывать верующую среду, религиозно просвещать народ – тогда и значение религии в обществе будет возрастать. Причем возрастать без всякого насилия, без требований к государству предоставить какие-то выгодные условия и преференции. Религия просто обязана доказать государству, что его сотрудничество с религией в интересах самого государства. Религия не должна требовать от государства повышения своей роли и статуса (в том числе и апелляцией к международному опыту и праву), она обязана проявить свои позитивные возможности – и тогда ее партнерство с государством станет естественным и взаимовыгодным.

ЛИТЕР-Неделя: В этой связи встает вопрос о направлениях и формах сотрудничества государства и религии как существующих сегодня, так и о возможных в будущем.

А.К.: В Казахстане сложились следующие направления такого сотрудничества: поддержание мира и согласия в казахстанском обществе, социальное служение религии (дела милосердия и благотворительности; попечение о несущих службу в армии (здесь, впрочем, не все однозначно – есть и противники вхождения религии в систему МО РК) и сотрудниках правоохранительных органах, о лицах, находящихся в местах лишения свободы), поддержание и развитие нравственности в обществе, забота о семье (очень важное направление сотрудничества, так как семья одновременно является и ячейкой общества, и "малой церковью"), сохранение и развитие культуры, диалог между государством и религией, диалог между религиями. По ряду из этих направлений государство активнее сотрудничает с такими религиями, как ислам и православие, что объяснимо: эти религии и самые массовые (что требует более массового участия именно этих религий во всех указанных формах сотрудничества), и исторически вписанные в общественную и культурную жизнь Казахстана. Но и новые религиозные движения имеют возможность сотрудничать с государством. К примеру, ряд новых протестантских деноминаций активно противостоят такому злу, как наркомания и алкоголизм. Общество сознания Кришны уже длительное время проводит работу по организации бесплатных столовых (что особо было важно в переходный период, когда многие наши сограждане бедствовали). Некоторые новые религиозные движения (НРД) зачастую выказывают озабоченность, связанную с трудностями осуществления ими тех или иных форм сотрудничества с государством, НРД говорят о неоправданных преимуществах этого партнерства, которые имеют так называемые традиционные религии. Как уже говорилось выше, действительно, такие преимущества есть. Но НРД надо не обижаться на сложившиеся исторически условия, а постоянно и действенно трудиться в данной сфере, доказывая казахстанскому обществу свои позитивные намерения и свою преданность делу социального служения. И казахстанское общество воспримет эти намерения и заботу.

Наряду с уже устоявшимися и оправдавшими себя формами сотрудничества государства и религии можно указать на вновь возникающие и имеющие тенденции к развитию. Это некоторые позитивные подвижки в сфере образования, когда элементы религиозных знаний начинают преподаваться в школьной системе, это рост числа религиозных изданий и СМИ, это усиление взаимодействия государства и религии в процессах реализации молодежной политики, это обретение достаточно самостоятельного статуса Православной церковью Казахстана, что более тесно впишет ее во взаимоотношения с политической системой РК, это выход отдельных инициатив страны в сфере выстраивания государственно-конфессиональных отношений на международный уровень (получил признание наш опыт в этой области среди стран – участников ОБСЕ) и т.д. Основным в сфере развития форм партнерства государства и религии следует признать соблюдение принципа светскости Казахстана, что требует невмешательства государства во внутренние дела религиозных объединений и невмешательства религии в осуществление государством его функций. Но при этом следует заметить, что государство не может вовсе устраниться от проведения определенной политики в отношении религиозных общин, а религия сохраняет за собой право оценивать со стороны религиозно-нравственных позиций государственную политику.

Отмечу, что светский тип государственного устройства является сегодня абсолютно доминирующим (всего лишь 6–7 современных государств являются реально теократическими и столько же, примерно, реально атеистическими). И, однако, при факте абсолютного большинства светских режимов в современном мире имеется множество конкретных форм взаимоотношения государства с религиозными объединениями в таких светских государствах (от выведения религии за скобки всякой общественной и государственной жизни до официальной поддержки одной или двух религий, среди многих функционирующих в государстве). Оставаясь приверженным светскому типу государственного устройства, Казахстан имеет возможность выстраивать свои государственно-конфессиональные отношения в широком спектре принятых в мире форм. Ориентироваться при этом республика может и должна на международную практику в данной области и на свои национальные интересы и реалии. Тем более что опыт Казахстана в области сохранения и развития межконфессионального согласия получает все большее признание во всем мире.

ЛИТЕР-Неделя: Говоря о направлениях и формах сотрудничества государства и религии в стране, нельзя не коснуться темы роли, значения и возможностей религии в процессах модернизации Казахстана.

А.К.: С точки зрения государства результатом взаимодействия государства и религии должно стать более успешное продвижение страны по пути ее модернизации и всестороннего развития (во всяком случае, это было бы крайне желательно). Всем нам хотелось бы, чтобы религия в максимальной степени проявила свои возможности в деле этой модернизации – это было бы наилучшим доказательством ее способности быть общественно значимой. И вполне возможно, роль религии в этом отношении может быть даже заметной. Но нельзя не подчеркнуть, что все мировые религии крайне скептически относятся к идеям собственного развития. Сила религии в ее приверженности традиции и догматам, лежащим в ее основании. Догматы религии способны на некоторое развитие (в основном на некоторую их актуализацию в связи с новейшими требованиями эпохи), но суть догматов неизменна. И это не связано с субъективным желанием верующих или лидеров конфессий. Истины религии носят абсолютный характер, они сохраняют свое значение на все времена потому, что их заповедал сам Бог или его пророки. Поэтому религии не развиваются в том смысле, в каком развивается все остальное. Религии догматичны не потому, что они не хотят изменяться, они просто не могут этого сделать, не погрешив против сути религии.

Те религиозные системы, которые осуществили догматическую или вероисповедальную модернизацию, утратили связь со Священным преданием (например, протестантизм утратил апостольскую преемственность и сегодня не признается ни Римско-католической церковью, ни православными церквами в качестве религии спасения – подчеркивается, что в протестантизме нет благодати и невозможно спасение). Последовательное стремление протестантизма к соответствию духу времени привело к возникновению женского священства и епископата, к признанию однополых браков, к разрешению абортов, к допущению эвтаназии, хотя все это или не поощряется (как в случае с женским священством), или осуждается в Священном писании (как в других приведенных нововведениях). Сегодня в христианстве, в угоду требованиям секуляризма и формального следования идеалам светских ценностей, не принято именовать Бога в мужском роде (доминанта гендерного равенства), праздновать Рождество (празднуется зимнее, новогоднее дерево), нельзя преследовать за богохульство (последнее считается проявлением свободы), во многих европейских странах запрещено публичное ношение нательных крестов, Европейским судом по правам человека запрещено использование распятия в итальянских школах и т.п. Римско-католическая церковь двинулась было по пути некоторой модернизации для сохранения своего влияния в мире (на Втором Ватиканском соборе в 1962–1965 гг. были приняты декларации и конституции, в некоторой степени обновляющие практику Римско-католической церкви), но сегодня фактически вернулась к прежней практике.

ЛИТЕР-Неделя: А как относится к обновлению своих основ ислам?

А.К.: Аналогично. Хотя и утверждается, что в каждом новом столетии ислам обновляется, но из контекста видно, что может обновляться "подача материала", а не сами истины. В исламе имеет место постоянное противостояние "фундаменталистов" и "реформаторов", и оба течения правы: надо и обновляться, и сохранять основы. Но "реформаторы" всегда чувствуют некоторую неловкость, так было и с джадидизмом, и с попытками М. Икбала, не говоря уже о непризнаных сектанских течениях ислама. Поэтому столь сильны позиции салафии и так охотно воспринимаются призывы к возврату к "основам ислама". В этих призывах легко увидеть стремление к сохранению в неповрежденности истин ислама эпохи Пророка и четырех праведных халифов.

Итак, мировые религии не могут модернизироваться без утраты своей сущности. Самое большее, на что они могут пойти, – это на некоторые новые постановки старых проблем, коль скоро это требуется для донесения истин религии до современного человека. Религии могут развивать формы ответов на новые запросы и новые проблемы, с которыми сталкивается человечество, но абсолютность религиозной истины остается неизменной. В этой связи уместно поставить вопрос: не модернизируясь сами, способны ли религии позитивно участвовать в модернизации государства? Да, способны, у религии имеется своя, ничем не заменимая роль в модернизационных процессах. Эта роль достаточно полифонична и многообразна, но концентрируется она вокруг воспитания человека, в первую очередь его нравственного, духовного воспитания. Религия придает смысл жизни человека и развивает его духовно. И в процессе такого развития человек (а в совокупности людей – общество) способен на активное, осознанное участие в модернизационных процессах, осуществляемых страной. Здесь только одно, но существенное условие – духовно развивающийся человек не всякую модернизацию поддержит. И потому вопрос о том, может ли религия способствовать процессам модернизации, сводится к другому вопросу: идут ли процессы модернизации в направлении возможности развития духовных потребностей человека. Если да, то религия способствует модернизации, если – нет, то религия будет против такой модернизации. Поэтому нельзя однозначно и безапелляционно утверждать, что религия, формируя "человеческий потенциал", "человеческий ресурс", "человеческий фактор" как условие успешности модернизации, как субъекта модернизации, всегда способствует модернизации. Если под модернизацией понимается только экономический прогресс и реформирование политической системы, религия останется в стороне от такой модернизации. Но если основной целью модернизации явится формирование, ориентированное на человека справедливого общества, если модернизация способствует углублению нравственности в обществе, развитию его духовных оснований, духовному развитию человека, религия способна стать локомотивом такой модернизации, в том числе модернизации и экономики, и политики. Да, можно сказать, что религия формирует человека, но не как человеческий ресурс, а как духовно развитого человека, а это совсем иное качество человека, чем "человеческий фактор или потенциал", это человек, осознающий смысл бытия и истории.

ЛИТЕР-Неделя: Существует практическая сложность участия религии в модернизации?

А.К.: Да. Нравственность, особенно религиозная нравственность, вступает в глубочайшие противоречия с моральными принципами современной экономики, с характером, формами и стратегией современного экономического развития. Современная экономическая система, современная финансовая система абсолютно не ориентируются на нравственность. Более того, экономическая и финансовая системы современности принципиально безнравственны. Прибыль, а не духовное развитие человека, лежит в основе функционирования этих систем. И где здесь место для религии с ее нравственными максимами? Не говоря уже об истинной цели религии – спасении души человека для вечной жизни. Так что трудность очевидная.

Вопрос о роли религии в модернизационных процессах встает не впервые. В принципе, в той или иной форме этот вопрос стоял перед человечеством всегда. И всегда религия отвечала одно и то же: "царство Мое не от мира сего" или "не можете служить одновременно и Богу и Мамоне". В более близкое нам время, в 2004 году, на Всемирном русском народном соборе, где во многом тон задает Русская православная церковь, был принят очень характерный и интересный для нашей темы документ – "Свод нравственных принципов и правил в хозяйствовании", в котором регламентировались нравственные правила развития экономики. Эти принципы и правила опираются на религиозные заповеди, но применительно к экономической сфере человеческого бытия. На сегодня нет сколько-нибудь известного экспертному сообществу анализа эффективности этих принципов, но можно предположить, что вряд ли они широко восприняты современной реальной финансово-экономической системой. Трудно одухотворить современную экономику, ориентирующуюся на прибыль и напрочь забывшую о человеке.

В политической системе современности ситуация очень похожа. Но здесь, по крайней мере, имеются более реалистичные попытки если не одухотворить, то хотя бы несколько смягчить международную политику, придать ей некий гуманистический вектор. Религия реально способна снизить уровень вызовов и угроз современности – к пониманию этого вплотную подошли участники III Съезда лидеров мировых и традиционных религий, состоявшегося в 2009 году в Астане. Конечно, над практическими предложениями в этой сфере надо еще очень много и глубоко работать, но возможности религии в придании политике "человеческого лица" уже осознаны. Что касается культурных аспектов модернизации, то в силу принципиальной укорененности культуры в религии, вследствие того, что духовной основой культуры является именно религия, модернизация культурной сферы на религиозных основаниях очень реальна и действенна. Здесь концептуальных сложностей нет, могут быть только непрофессионализм, отсутствие стратегического видения основ, этапов, задач и тактики их решения. Но все это преодолимо.

Подчеркну, религия обладает огромным потенциалом не только участия в модернизации Казахстана, но и практически во всех жизненно важных сферах развития страны. И религия готова способствовать реализации самых амбициозных проектов развития, она готова, ибо превосходит все земное, так как она – сфера единения Бога и человека, а, следовательно, рядом с человеком в этом деле находится Бог – какого еще "помощника" можно желать. Но "привлекать" религию для подобной реализации надо осознанно, грамотно, с учетом ее специфики и духовной сущности, что сложно, но вполне выполнимо.

– Спасибо за конструктивную беседу. Успехов вам!

Беседовала Куляш ТУРГАЗИЕВА, Алматы
Литер

Комментарии

Как обычно, эксперт вещает весьма спорно с позиций c, собственной субъективности, высказывается довольно сбивчиво и противоречиво по сути. Как, впрочем, и проживает...