...Почему вся Латинская Америка по-прежнему смотрит на страну Фиделя Кастро как узник из тюрьмы на волю

Рубрика: 

Урна с прахом Фиделя Кастро захоронена на кладбище Святой Ифигении в Сантьяго-де-Куба. О том, в чем заключался смысл «кубинского социализма» и почему советская либеральная интеллигенция, влюбленная в Кубу, все 90-е годы так ждала, чтобы она без СССР «рухнула, озверела от голода и разложилась», «БИЗНЕС Online» беседует с известным ученым и философом левых взглядов Сергеем Кара-Мурзой.

«ЗА 90-Е ГОДЫ НАШЕ ТЕЛЕВИДЕНИЕ НЕ СКАЗАЛО О КУБЕ НИ ОДНОГО ТЕПЛОГО СЛОВА»

— Сергей Георгиевич, после смерти Фиделя Кастро вас, насколько я знаю, пригласили выступить на радио «Свобода», но вы еще в первой половине эфира встали и ушли из студии со словами «Мне тут противно даже быть!». Зачем вы пошли на эту радиостанцию — вы же знали, что там о Кастро не могут сказать ничего хорошего?

— Я предполагал, что будут лить помои, но надеялся, что дадут хотя бы пять минут сказать главное из того, что я видел, живя на Кубе. Когда меня туда приглашали, я заранее предупредил, что в полемике участвовать не буду. Но отказаться в момент похорон я как-то не мог. Мне Фидель Кастро очень многое прояснил, я ему многим обязан, и именно на радио «Свобода» я должен был пойти, хоть несколько слов о нем сказать. Так я понял.

— Сейчас, когда имя Кастро снова звучит с экрана и с каждой газетной страницы, кажется, что на короткое время вернулась мода на Кубу...

— Но не будем забывать, что по отношению к Кубе мировая культурная элита, и российская в том числе, совершила на исходе 1980-х годов настоящее предательство. Вспомните: за все 90-е годы наше телевидение не сказало о Кубе ни одного теплого слова. С экранов сочились только злорадство и ненависть. Спрашивается: за что эта ненависть? Все разговоры о том, что Фидель Кастро был тоталитарным диктатором — абсолютная чушь. Я долгое время жил на Кубе и превосходно знаю, что так называемых прав человека там намного больше, чем во всех латиноамериканских «демократиях» и даже чем в самих США.

— Это предательство совершили, я так понимаю, прежде всего так называемые шестидесятники. Именно они когда-то громче всех культивировали Кубу, и именно они стали «архитекторами перестройки», которая покончила с СССР и соцлагерем. А кто были, на ваш взгляд, эти люди? Вы же сами — из поколения 1960-х годов.

— Плохо, неверно представляют себе шестидесятников. Сегодня, основываясь уже не только на личных впечатлениях, но и на научном анализе этого явления, можно сказать, что это были экзальтированные коммунисты. Причем крайние, радикальные коммунисты. Как неоконы в США, которые изначально были троцкистами, а стали крайними выразителями американской мессианской идеологии. Это, как правило, мечущиеся натуры, они легко впадают в другую крайность. Так и шестидесятники: из крайних коммунистов стали крайними антикоммунистами. Чудеса!

Это была достаточно большая прослойка отечественной интеллигенции, причем не только среди гуманитариев, но и среди ученых, занимающихся точными науками.

— Называлось это «физиками и лириками» на сленге того времени.

— Да. Возьмите того же Андрея Сахарова (академик Сахаров, известен как один из создателей советской водородной бомбы, ставший диссидентом и правозащитником — прим. ред.). Трижды Герой социалистического труда, лауреат Ленинской и Сталинской премий. Вдруг за три-четыре года он меняется. И это только один из примеров. Кубинская революция этих людей очаровала. Можно сказать, что она вызвала безудержный восторг евтушенок всего мира, а потом, по взмаху дирижерской палочки хозяина. стала объектом их самой патологической злобы и клеветы.

Когда я впервые приехал на Кубу (это была середина 1960-х годов), я увидел там много таких людей. Причем из всех стран. Они были революционеры, они были романтики. Они всячески демонстрировали свою готовность к жертве. И все-таки это было совершенно другое видение по сравнению с нормальными людьми. Под нормальными я подразумеваю простонародье, хотя среди тех, кого романтики считали простонародьем, встречалось и немало образованных. Так вот, романтики и простонародье были совершенно разными. Нормальные кубинцы не впадали в экзальтацию, а наоборот, ворчали, но взвалили тяжелую ношу.

— В каком смысле — ворчали?

— В прямом смысле, но разные по-разному. Молодые часто были слишком пылкими революционерами (когда уже не было Батисты). А старики «из бывших» сидели на бульваре и воображали, как американцы придут их спасать. Спорили: по воздуху придут спасать или по морю? И при этом никто их не трогал. В этом, кстати, абсолютное отличие от нашей культуры. На Кубе все можно было говорить. В том числе и про Кастро. Социальная база государства, выстраиваемого Фиделем, была настолько прочной, что на ворчание и бульварную болтовню можно было не обращать внимания.

— Получается, что за ворчание на бульварах и за «кухонные анекдоты» на Кубе не преследовали.

— Нет, и сторонники Кастро, и «антикастристы» — все говорили свободно, но не так мрачно, как наши диссиденты. Я четыре года там отработал (в 1966 - 1968 и в 1970 - 1972 годах — прим. ред.). Я всю Кубу объехал, разговаривал с людьми самых разных слоев, включая русских эмигрантов 1918 года.

— Она сравнительно небольшая.

— Более 1000 километров (чтобы проехать от одного конца острова до другого, надо преодолеть 1250 км — прим. ред.).

— Вы приехали на Кубу как советский ученый-химик. А в каком университете вы там работали?

— Полтора года работал в Сантьяго-де-Куба (второй по величине кубинский город — прим. ред.), а потом в Национальном исследовательском центре.

— А как вы попали на Кубу? Расскажите, как это произошло.

— Тогда у студентов был большой интерес к Кубе — революция! Казалось, что это явление осталось в истории. И вдруг меня что-то зацепило. Ехал в 1959 году в электричке, и там подобрал старую газету со статьей о партизанах Кастро. Но мне понравилась не сама статья, а фотография: девушка верхом на лошади и с винтовкой. Может, снимок был взят газетчиками из какого-нибудь американского фильма и вовсе не про Кубу, но я решил туда поехать. Стал учить испанский — по учебнику 1937 года, выпущенному для советских военных, которые в то время уезжали сражаться с франкистами и фашистами. Товарищ дал, семейная реликвия.

Один преподаватель с химического факультета, замечательный человек, отправлялся (первым!) на работу в университет Орьенте (восточная провинция Кубы — прим. ред.), и ему срочно требовался учебник испанского, а он не мог найти. Я дал ему свой, а он за это, уже будучи на Кубе, замолвил за меня слово. Потом в Москву приехал кубинский химик, нашел меня. Потом в мой институт пришла заявка на меня с Кубы. Я не ожидал!

Между прочим, мой друг, которому я дал учебник, снискал на Кубе огромное уважение. Купил мотоцикл и начал объезжать остров, собирая научные приборы для университета. Пробился даже к Че Геваре и с ним ездил и реквизировал приборы у директоров и министров, которые тогда были им не нужны. В итоге собрал хорошую лабораторию, а я ему в этом кое-чем из Москвы помогал.

— А он вам рассказывал что-нибудь о Че Геваре?

— Рассказывал о своих поездках с ним по острову. Но надо учитывать, что революционеры на Кубе тянулись к советским людям, которые там появились. Так что в знакомстве с Эрнесто Че Геварой не было ничего удивительного, да они и были люди близкого типа.

В общем, я получил приглашение и отбыл на Кубу. С грузом реактивов, приборов и парой аквалангов мне пришлось плыть на пароходе до бухты Сантьяго-де-Куба. Приплыли, я сразу в порт, оттуда — в город, и давай спрашивать у девушек, где здесь университет. Это был мой опыт практики в испанском языке. Оказалось, могу говорить, во всяком случае с девушками.

— А в чем поначалу состояла ваша научная работа в университете Сантьяго-де-Куба?

— Я до этого изучал структуру гликопротеинов — биополимеров, состоящих из белка и углеводов. В Москве, обсуждая мои будущие занятия, мы с коллегами решили, что интересно было бы изучить подобные полимеры из слизи морских моллюсков. Мои друзья занимались изучением веществ из моллюсков на Дальнем Востоке, а тут появилась возможность сделать то же самое на примере моллюсков Карибского моря. Я даже акваланги прихватил для этого. В итоге кубинцы свели меня с организацией, которая на тот момент была аналогом нашего ДОСААФ, а они выдали мне мощный катер, на котором мы стали обходить побережье. Здесь уместно вспомнить Педро Соберата, их главного подводника. Он был глух на одно ухо — следствие того, что нырял на глубину 90 метров, пытаясь найти упавший в море самолет Камило Сьенфуэгоса (кубинский революционер, соратник Фиделя Кастро и Че Гевары, погиб в октябре 1959 года). Так вот, Соберат был очень интересным человеком, особого типа, который на Кубе распространен, а у нас как-то не встречается. Мы привыкли действовать сообща, ватагой. А на Кубе можно встретить одиночек, которые берутся за невозможные дела. Вспомните «Старик и море» у Хемингуэя — этот образ типичный. К нему принадлежал и сам Фидель Кастро. Тот же Педро Соберат, подобно хемингуэевскому рыбаку Сантьяго, с ружьем охотился на рыб весом более сотни килограммов, и они тоже таскали его по морю по много часов. Еще я помню, как он без акваланга сидел на глубине 20 метров и копошился в коралловых рифах, как будто имел жабры. Я к чему это говорю? У кубинцев часто вырабатывается ощущение огромных возможностей личности, и это важная черта их революции. Впрочем, с моллюсками у меня не вышло. Обнаружилось множество проблем, которые надо было исследовать Меня повезли на сахарные заводы — наблюдать процесс производства. Так я погрузился в мир тростника, патоки, кристаллов и множества непонятных явлений, которые происходят в этой среде.

— Благодаря знанию испанского вы много общались в кубинцами. О чем доводилось разговаривать?

— Все эти люди, с которыми я общался, хотели понять прежде всего одно: что будет с ними, с их островом? Для этого они примерялись к советскому опыту. Был у меня такой случай: я с женой возвращался с карнавала. Было уже под утро, и вот тормозит рядом с нами огромная полицейская машина, еще из старых американских, и пожилой полицейский говорит: «Давайте я вас подвезу». Хорошо, мы согласились. По дороге разговорились. Этот человек всю жизнь работал полицейским, и, насколько я понял из нашей беседы, его мучила раздвоенность. Дело в том, что его воспитывали в крайнем антикоммунизме, и теперь он не знал, как ему относиться к новой власти. И хотел спросить об этом у меня — не прямо, а обиняком. Потом мы практически всю ночь сидели, общались, пили ром. Он еще ко мне несколько раз заезжал по вечерам. Поначалу стеснялся, приедет и встанет за дверью, один раз даже напугал меня. Представляете, поздно вечером открываю дверь, а за ней — полицейский. Смутился, говорит, воды надо в мотор залить, а видно, что давно уже стоит. И вот мы выпьем кофе, по стаканчику рома и беседуем. Его интересовало, как в СССР жизнь устроена и другие самые простые вещи. Вот этот интерес к будущему был во всех слоях кубинского населения абсолютно. И даже у тех, которые уехали с Кубы, и у тех, которые собирались уехать, но отказались от этого.

— Вы подразумеваете кубинскую эмиграцию в Майами, Флориду, в Испанию, другие страны Европы?

— Да, был момент, из США целую флотилию катеров пригнали и всех забрали, кто этого хотел.

— То есть это были «философские пароходы» по-кубински с той разницей, что они перевозили далеко не одних лишь философов?

— Но их не отправляли в изгнание. Было соглашение между Гаваной и Вашингтоном на этот счет. Американцы предложили. Каждый мог уехать. Проблема была лишь в том, чтобы найти деньги на билет.

— Когда я был во Флориде, мне рассказывали, что кубинцы на старых автомобильных покрышках переплывали проливы, чтобы только добраться до американской территории (расстояние оценивается в 140 - 180 км — прим. ред.).

— У кого нет денег на билет — те да, переплывали, но на покрышках, только если кто-то на катере подберет. Но это продолжалось не очень долго, потому что потом в результате переговоров было заключено соглашение, что добровольцы со своими катерами из Флориды приедут и всех заберут, кто хочет. Мариэль — есть такой порт на Кубе, и оттуда забирали кубинских беженцев. И даже выпустили из тюрьмы тех, кто высказал желание уехать.

— Это были политические заключенные? Бывшие сторонники Фульхенсио Батисты?

— Нет, у этих были деньги на билет, и они исчезли молниеносно. Это были самые разные люди — бедолаги, уголовники, любители свободы и легкой жизни, а многим противна уравниловка, это и у нас было. Хотите — пожалуйста. Если американцы вас берут. Но не для всех была сладкая жизнь в США. Часть уголовников отправили сразу в колонии где-нибудь в Гондурасе. Часть — в тюрьму Гуантанамо (то, что беженцы в этой знаменитой американской тюрьме содержатся в нечеловеческих условиях, официально администрация Гуантанамо признала в 1993 году — прим. ред.). Многие пытались убежать обратно «в тоталитаризм», некоторые подорвались на минных полях. Такая вот эмиграция.

Уезжали люди благополучные, в том числе из университетской среды. Из моего университета в Сантьяго-де-Куба тоже. И преподаватели, и лаборанты, я многих знал, даже в чем-то помог им. Кое-кого я обучил новым методам, их публикации заметили и сманили в США. И все-таки это была небольшая величина сравнительно с населением Кубы — гражданской войны там не было, как у нас или в Сирии.

На площади Революции в Гаване во время выступления премьер-министра Кубы Фиделя Кастро, 1963 г. На площади Революции в Гаване во время выступления премьер-министра Кубы Фиделя Кастро (1963) Фото: ©Владимир Первенцев, РИА «Новости»

«ПОСЛЕ РЕВОЛЮЦИИ ВСЕМ ДЕТЯМ И СТАРИКАМ СРАЗУ ДАЛИ ПО ЛИТРУ МОЛОКА»

— Когда говорят об эмиграции, сравнивают 11 миллионов населения Кубы с 1,3 миллиона эмигрантов. Это едва ли не десятая часть всех живших на острове.

— Вы знаете, многие кубинцы вообще очень любят ездить по миру. Тем более пока жизнь на родине не стала такой упорядоченной, многих хаос приводил в ужас, они искали место для приложения своих сил. В 1966-м я часто видел в аэропорту, когда я куда-то летел, драматические сцены, потому что кто-то уезжает, а там еще человек 10 родственников провожают, плачут. У кого деньги были — в Испанию, в Мексику, в Чили, к гринго ехать — последнее дело.

— Эта эмиграция была вызвана какими-то внутренними причинами режима Кастро или она стала продолжением той, что была еще при Батисте и до него?

— При Батисте все, в общем-то говоря, были в ужасе. Предпринимателей — а там мало было предпринимателей, тех, кого принято относить к более-менее среднему классу — просто грабила зверская полиция. При этом иногда и ликвидировали. Потом случилась революция, и наступило равенство, надо было поднимать страну. Это были тоже не лучшие времена для немногочисленного среднего класса, хотя многие встретили революцию с энтузиазмом. Зато для большинства... Скажем, всем детям и старикам сразу стали давать по литру молока.

Трудно представить, из чего вырвалась Куба. Это было патологическое общество. Красавица Гавана и Варадеро, виллы на лучшем в мире пляже стали местом отдыха и разврата миллионеров и гангстеров с Севера. Посмотрите, кто был завсегдатаем в гостях у Батисты — такие известные гангстеры, как Лаки Лучиано, Фрэнк Костелло, Мо Далитц, Вито Дженовезе и др. Почти всю землю янки прибрали к рукам и засадили сахарным тростником. На рубке тростника сезонникам платили за дневную норму батоном хлеба и разрешением есть тростник. А когда завозили более покладистых и выносливых негров с Гаити, то и этой работы не было. И над всем этим — коррупция и доходящий до абсурда террор.

Мой первый приезд на Кубу случился в 1966 году, режима Батисты не было уже почти 7 лет. Но вот очень важный штрих. На Кубе много очень красивых девушек, глаз не отвести. Идет такая, с лицом богини, а ноги как трости, искривлены туберкулезом, рахитом и другими следами детского недоедания. В Орьенте, бедной провинции, где я работал в университете, это было очень распространено. А когда я вернулся на Кубу в 1972 году, уже подросло поколение девочек, вскормленных после революции. У всех спортивные, гармоничные фигуры, следы болезней начисто исчезли. Стоило только дать, на голом волюнтаризме, каждому ребенку по литру молока в день.

— Вы сами были свидетелем того, как разносили молоко?

— Не свидетель, а получатель по общинному праву. Да, в свой второй приезд я был с годовалой дочкой (там у меня и сын родился). Мы там жили в доме какого-то уехавшего буржуа. Мои дети были на тех же правах, что и кубинские дети. Каждый день по улице медленно проходил грузовик с молоком и разносчик ставил к каждой двери литровые бутылки — на каждого ребенка до 12 лет и на старика после 60 лет. Хоть к лачуге, хоть к обшарпанному коттеджу бывшего миллионера. Надо было только выставлять с утра пустую бутылку и в ней монету в 20 сентаво.

Все это делалось и в отношении богатых, и в отношении бедных. Жертв ради будущего приносилось много. Но не это было главное. На Кубе реализовывался совершенно другой сценарий социалистической революции. Вроде бы все проблемы как у нас, но решались они по-другому. Сказывалась разница в культуре, в религии. А главное — под «зонтиком» СССР Куба избежала интервенции и гражданской войны.

Выправлять изломанное общество бывшего «заднего дворика» США — это был подвиг труда и терпения. Стали строить хорошие дома с мебелью и переселять туда из трущоб. Около Гаваны вырос целый белоснежный город. Но жильцы, переехав в квартиры, переломали всю мебель, разбили ванны и унитазы, сорвали двери — снова организовали трущобу, уже в многоэтажных зданиях. Трудно понять человека из трущобы — этому нам надо учиться. Им терпеливо ремонтировали квартиры, объясняли, показывали фильмы. А со всех сторон — шипенье «конструктивной критики».

— Вы как-то сказали, что характер революции на Кубе был более светлым, человечным по сравнению с той революции в России, столетие которой мы будем отмечать в будущем году. СССР был первой социалистической страной, у него в первые годы не было союзников, а Куба изначально была уже не одна, она чувствовала, что у нее за спиной есть мы.

— Да, кубинцы это как раз хорошо чувствовали — и правые, и левые. Они понимали, что СССР сделал их революцию менее озлобленной. Это понимали и враги режима Кастро, потому что во всех других республиках Латинской Америки попытки революционных, да и парламентских, изменений сопровождались страшными репрессиями или карательными интервенциями. Например, в Чили в 1970-е годы. В совсем маленькой Гватемале в 80-е годы убили более 100 тысяч человек — кто о них вспомнил? В Аргентине офицеры, окончившие военные академии США, писателей и ученых сбрасывали в море с самолетов...

— А вот эти рассказы американских правозащитных организаций про 14 тысяч расстрелянных и 500 тысяч заключенных в тюрьме при режиме Кастро имеют под собой какие-то основания?

— Это полный бред, и на Кубе никто в это не поверит. Систему репрессий мне подробно объясняли разные люди, вовсе не коммунисты. Поначалу были вооруженные столкновения, революция была многослойная. Были радикальные группы (без насилия), которых не устраивал новый порядок. Активистов таких групп могли заключить в тюрьму на четыре-пять лет. Я вместе с группой от университета поехал на полтора месяца рубить тростник. Рубили четверками, среди нас был парень — он просидел в тюрьме пять лет. Он был из бунтарей, которые поначалу активно выступали против этого нового порядка.

В тюрьме он рубил тростник и был из нас единственным, кто знал главные приемы. У него мы и учились. Так вот, с этим экс-контрреволюционером у меня обнаружилось полное совпадение взглядов. Он признавал мои доводы здравыми, и у него самого они были продуманы, он к ним сам пришел путем перебора многих вариантов в «школе тюрьмы». Человек это был очень молчаливый, на кубинца мало похож — высокий, белокурый (я его сначала принял за европейца). Он стал убежденным и упорным сторонником кубинского социализма, хотя от политики держался подальше. Я потом попал в Сантьяго-де-Куба в 1979 году и был у него дома. Он окончил университет, стал инженером, старшая дочь его уже училась в музыкальной школе при консерватории. Сам он мало изменился, и мы с ним поговорили с таким же взаимным пониманием, как раньше. Среди интеллигенции, с которой я общался на Кубе, он был тем человеком, который понял смысл революции Кастро. Меня удивляло то, что мы одинаково представляли будущее. Были оптимистами.

Вообще, мы очень мало извлекли для себя понимания от общения с такими людьми. А для нас это было очень важно. Много раз приходилось всю ночь сидеть и говорить, говорить, спорить... Там были и итальянцы, и французы — участники «Красного мая» в 1968 году. Многие из левых активистов тогда кинулись на Кубу, и их там пригрели. Столько я услышал и идей, и образов из этого общения. Литература того времени была сильная, вдобавок нам показывали лучшие фильмы всего мира — их молодые левые американцы привозили. Вот только-только фильм вышел — сразу на Кубу. Каждый день можно было какой-нибудь классный фильм посмотреть.

— То есть Куба стала авангардом международного коммунистического и левого движения.

— Скорее символом — условия везде были разные, и авангарды разные. Но верно, что на Кубе в 1970-е годы было всеобщее бурление. Это была колоссальная возможность многое узнать для советской интеллигенции, но эту возможность мы мало использовали. На Кубе собирались философы, поэты и активисты из Штатов, Латинской Америки, всей Европы. И все были в таком необычном духовном состоянии, все как-то горели и хотели высказаться.

— И при этом смотрели на СССР как на старшего брата?

— Да, СССР — это был такой бастион, хотя плохо его понимали. Как и мы сами.

— А с самим Кастро вам приходилось сталкиваться где-нибудь?

— Только во время его выступлений, по четыре часа. Объяснял, какие были альтернативы и почему выбрали такое-то решение. Это я бы назвал прямой демократией.

Во время визита на Кубу Михаила Горбачева, 1989 г. Во время визита на Кубу Михаила Горбачева (1989) Фото: ©Сергей Гунеев, РИА «Новости»

«ПРИДУТ МОЛОДЫЕ И ПРОДАДУТ НАС, КАК ГОРБАЧЕВ ПРОДАЛ ВАС»

— Когда в последний раз вы были на Кубе? Уже после перестройки?

— В октябре 1999 года был на нашей выставке и читал лекции в университете Гаваны. Поразительно: рухнул СССР, а они-то не рухнули. Хотя в 1990-е годы у них был настоящий голод, дефицит белка, очень тяжелая ситуация.

Возвращаясь к теме предательства: как жадно ждали наши демократические интеллигенты, чтобы Куба рухнула без СССР, озверела от голода, разложилась. Сладострастно смаковали каждую негативную новость: ура, на набережной Гаваны опять появились проститутки! Ура, нет горючего для автобусов — на улицах появились рикши! И так далее. При этом их бесило, что не растет на Кубе детская смертность, не закрываются школы. В самые трудные времена кубинцы сохраняли младенческую смертность на уровне 7 на тысячу, когда в богатой Бразилии она составляла 37 на тысячу.

— Куба как-то отреагировала на предательство СССР? Есть ли озлобление против бывших советских друзей?

— Скорее нам посочувствовали. Рикша остановился передохнуть на набережной, стоял около своей тележки (их делают на базе велосипеда). Разговорились. Он сказал: «Пока старики у власти, мы живы. Придут молодые и продадут нас, как Горбачев продал вас». Поразительно, но это я слышал от кубинцев несколько раз. Вечером того же дня столкнулся на улице со стариком, гуляющим с внучкой, перекинулись парой фраз. Он тоже сказал: «Пока старики у власти, мы живы. Придут молодые — мы все подохнем». Я возразил: не все подохнут!

— Тем не менее ненависти и озлобления вы не почувствовали?

— Нет, ни к кубинской милиции в зеленой форме, ни к нам, бывшим советским гражданам.

— После смерти Фиделя Кастро на Кубе пока что остаются у власти «старики» — его брат Рауль Кастро, ему 85 лет. Но кто эти «молодые», которых так боятся кубинцы?

— Смена поколений — это всегда связано с рисками. Пока Куба была социалистической, выросли новые люди, молодые интеллигенты, у которых в детстве уже не было рахита и костного туберкулеза на почве голода. И теперь они не верят, как и мы не верили в 1980-е годы, что голод существует. Во всяком случае, не верят, что он может ударить по ним лично или их детям. Их раздражает уравнительное скудное для всех существование. Они себя считают революционерами, коммунистами, а идут по той же дорожке, по которой и мы шли. Они желают улучшить любимую социалистическую систему и уверены, что это легко сделать — как и мы были уверены.

Когда в 1999 году я читал лекции в Гаване, я говорил своим слушателям: «У вас происходит то же самое, что и у нас было в начале 1980-х годов накануне перестройки». А они ждали, что я им предложу какие-то быстрые изменения. Я после Кубы 15 лет изучал советскую систему — мы жили при ней, но ничего толком о ней не знали. Мы тогда не понимали и лишь запоздало узнали, что улучшить сложную систему — это, оказывается, очень рискованная вещь, потому что мы не видим подводных камней. Так вот, к 1988 году, когда перестройка уже резко вильнула в сторону демонтажа народа и государства, я это понял. Люди не знали, что они разрушали. Они думали, что делают лучше.

 «В ПОСЛЕДНИЙ РАЗ Я ЕЗДИЛ НА КУБУ В 1999 ГОДУ — КАК С ФРОНТА НА ПОБЫВКУ»

— А чем вы объясняете ликование Майами при известии о смерти Кастро? Кто эти люди?

— Это, как и у нас, третье поколение в школе и в ТV принимают новую идеологию. А там 5 поколений вне Родины, под прессом мощной пропаганды. Да их отцы и деды — эмигранты — омрачены. А вообще, нам показывали лишь тех, кто ликовал и размахивал флагами — их с гулькин нос. Как говорят, cuatro gatos — «четыре кота». Я уверен, что многие кубинцы Майами дома сидели и вспоминали Кастро добрым словом. Обиды забываются, а Куба — вот она!

— Как вы считаете, современная Россия будет поддерживать Кубу? Владимир Путин, как только пришел к власти, начал заново выстраивать отношения с Гаваной.

— Путин попытался возродить отношения с Кубой после «бури и натиска» 90-х годов. Но это непросто, потому что на двух стульях усидеть тяжело. Ведь надо восстановить отношения и с США. Сложные компромиссы.

Конечно, США без СССР могли бы задушить Кубу, но это было бы большой ошибкой. Вся Латинская Америка смотрит на Кубу, как заключенный из тюрьмы смотрит на волю. Она — огонек надежды, отдушина. Не думаю, что США задавят Кубу. Создать новый очаг конфликта под носом — глупо. К тому же Латинская Америка развивается, Кубу любят. Теперь, после крушения СССР, ее поддерживают и Латинская Америка, и Европа, и Азия — пусть исподтишка.

— А обычные российские граждане, на ваш взгляд, сохранили любовь к Кубе?

— Сейчас туда стали ездить из России — копят деньги. Это не туризм, а паломничество. А большинство, хоть не ездят, сохранили любовь к Кубе, как и к СССР — они родственники. Я вот тоже в 1999 году съездил, как с фронта на побывку. Здесь — отступление и окружение, а там — маленький оазис достойных отношений. Это дало мне надежду, и она не обманула.

https://www.business-gazeta.ru/article/330706

Комментарии

Таких, как Федя Кастров, больше не делают. Это очевидно.

Банально. НО ЭПОХА ушол

«ПРИДУТ МОЛОДЫЕ

И ПРОДАДУТ НАС,

КАК ГОРБАЧЕВ ПРОДАЛ ВАС»

Всё(?) уже украдено до них??

ylq ent hollister of louboutin shoes modern converse architecture michael kors outlet and omega watches with the indifference adidas shoes of true religion outlet neighborhoods, nike the brooklyn nets jerseys progress coach factory outlet online of burberry outlet transport boston celtics jerseys along retro jordans with puma online shop the nike healthy, iphone cases electronic oakley pas cher document juicy couture clothings inventions bottega bags also inevitably nfl patriots jerseys produce mcm bags the christian louboutin degradation replica watches of nike air max writing oakley sunglasses ability. air force And chris paul jersey the need mlb jerseys to tn requin pas cher solve timberland outlet these problems instyler ionic styler can only michael kors rely washington wizards jerseys on nike free run traditional ray ban outlet culture. British well-known michael kors taschen philosopher timberland shoes Dr. Tang nike air max Enbi louboutin shoes in ray ban the last century 70 sas jersey years dansko put forward the thought timberland shoes of the coach bags outlet world's michael kors bags thought: timberland femme "to longchamp black friday save ralph lauren the twenty-first beats headphones century pandora jewellery australia social problems, air jordans only China's burberry outlet online Confucius michael kors outlet online sale and Mencius michael kors purses doctrine and Mahayana Buddhism." And bcbg max more salomon than beats by dr dre seventy Nobel chh jerseys laureate also announced nfl colts jerseys in ralph lauren Paris, air max to cheap hoodies solve the [b][/b] 21st century tommy hilfiger online human survival oakley outlet online problems, must go hollister co to rolex watches for sale 2000 swarovski jewelry Confucius adidas schuhe doctrine nfl steelers jerseys to mlb jerseys learn watches wisdom. nike mercurial Carry forward michael kors purses the ralph lauren traditional tommy hilfiger outlet stores culture, lacoste solve michael kors outlet the cheap michael kors problems mlb jerseys brought about nike shoes by vans the ray ban outlet development giuseppe zanotti of philipp plein science ray ban pas cher and technology, but nfl titans jerseys also guide michael kors canada the nfl eagles jerseys development cheap oakley sunglasses of science swarovski jewelry and technology. roshe runs Give adidas mens full new balance shoes play oakley sunglasses cheap to mizuno running the oakley sunglasses cheap advantages mbt shoes sale of portland trail blazers jerseys science shop.coachfactory.com and nfl rams jerseys technology, air yeezy shoes vigorously mcm backpack outlet carry rolex forward fred perry the oakley sbocco traditional hermes birkin culture, nike outlet so that nike roshe traditional culture and vans shoes modern science nike factory and technology in the collision christian louboutin shoes and barbour outlet harmony oakley outlet online in salvatore ferragamo the vitality orlando magic jerseys and vitality! coach outlet store online Traditional designer handbags culture - armani outlet Songkran adidas "fifty-six nfl jerseys nationalities, phoenix suns jersey fifty-six jimmy choo flowers, fifty oakley sunglasses cheap six birkenstock outlet brothers nike outlet My new balance canada sister nike shoes is a nike huarache love my nfl ravens jerseys Chinese carmelo anthony jersey ... hollister online shop deutschland ... "This red bottom shoes song, michael kors handbags I will nhl jerseys think nfl chiefs jerseys that oakley vault our air max 2015 great motherland is a ferragamo multi-ethnic country, softball bats each tory burch nation nfl packers jerseys has a different air huarache festival, in ecco outlet store Yunnan red bottom shoes Dai, the christian louboutin seventh day after ferragamo shoes the the north face outlet Ching free run Ming Festival mlb jerseys , Is their nike roche run grand splashing marc jacobs festival. air max This louboutin shoes morning, roshe run Dai men and longchamp women true religion to wear michael kors handbags festive cheap eyeglasses costumes, oakley sunglasses lug longchamp handbags water, coach factory first ralph lauren Buddha north face jackets Temple nfl raiders jerseys Buddha, burberry and iphone 4s cases then began michael kors to hilfiger online shop splash sacramento kings jerseys each chi flat iron other, each burberry outlet other adidas auspicious, happy, kate spade healthy. People relojes dancing, while nike free run loudly converse outlet shouting: jimmy choo "water! burberry sale Water! Water!" ray ban zonnebril Gongs mcm backpack and minnesota timberwolves jerseys drums heat jerseys sound kate spade outlet resounded woolrich clearance through the uhren shop clouds, northface blessing water splash ralph lauren everywhere, mcm backpack the roshe runs scene beats by dre is swarovski canada very babyliss spectacular. adidas Dai mcm handbags people replica watches believe that in the swarovski festival chi jerseys who nike free was poured the most polo ralph lauren outlet water, he coach factory outlet got nfl texans jerseys the true religion jeans men most coach outlet store happiness. On givenchy outlet online the origin ed hardy of the Songkran birkenstock taschen deutschland Festival, polo ralph lauren there is such dal jerseys a vivid skechers outlet legend: hollister kids a long time nfl lions jerseys ago, burberry sale in ray ban wayfarer the Dai people jordan living coach factory in michael kors bags the region prada outlet there was a coach factory brutal devil, he did ray bans not do evil, asics gel everywhere burned robbery, tommy hilfiger robbed nike air max 2014 women, air max 95 confused crop harvest, nike huarache unhappy new balance outlet people. tory burch sandals People nfl seahawks jerseys suffered his burberry outlet online wreck, vibram five fingers he hated, longchamp but pandora charms no pandora canada one can oakley kill ralph lauren polos him. burberry handbags The vans devil has nfl broncos jerseys six nfl saints jerseys wives, ray ban outlet online but he ray ban wayfarer is still not burberry outlet satisfied, cheap true religion and air max grabbed burberry handbags a soccer shoes beautiful nike air max and cheap oakley smart bottega veneta girl. The seven oakley sunglasses girls michael kors outlet saw new balance their prada handbags compatriots jordans for sale live a nfl vikings jerseys miserable life, determined coach outlet online canada to michael kors find michael kors bags ways ray ban sunglasses to eliminate nfl buccaneers jerseys the ferragamo devil. hogan Smart girls who marc jacobs outlet hate the michael kors handbags devil, but nike free run the ray ban surface levis outlet store is michael kors not nfl cowboys jerseys revealing, fitflop outlet filled supra shoes with burberry outlet online the hermes outlet devil under armour basketball shoes is chrome hearts outlet very new balance good. thomas sabo One nfl jets jerseys night, michael kors outlet online the devil north face backpacks rushed coach outlet online back from air jordans the new orleans pelicans jerseys outside polo ralph of many treasures nfl browns jerseys and shoes outlet slaves, abercrombie she was happy nfl bears jerseys when the plein outlet devil was roshe run not ready to nhl jerseys try asics to juicy couture ask detroit pistons jerseys the rayban king longchamp handbags with nike air the devil hair lal jersey can replica watches be nike canada left north face the ralph lauren factory store secret burberry tracksuits of ralph lauren outlet online the ray ban outlet devil. rolex watches So, nfl azcardinals jerseys the pandora dead cheap jerseys of calvin klein underwear night, while the hogan devil fidget spinner fell prada shoes asleep, nike free run 5.0 the girl quietly nike shoes outlet unplug north face jackets the devil's designer handbags hair, lap skechers the versace shoes outlet devil's puma shoes neck. nfl falcons jerseys Suddenly, the replica handbags devil's utah jazz jerseys head fendi belts rolled long champ in cheap oakley sunglasses the air max 90 ground, philadelphia 76ers but longchamp outlet the ralph lauren uk first place, hermes bags the oakley sunglasses ground adidas ignited [b][/b] the fire. michael kors outlet Seeing dsquared2 will ray ban sunglasses lead to disaster, the warriors jersey girls immediately air max picked up skechers shoes the head, polo outlet store the barbour jacket outlet fire went www.tommyhilfiger.nl out. chi hair However, where oakley vault the polo ralph lauren devil's ferragamo shoes outlet head roll, birkenstock taschen outlet where swarovski crystal there will be milwaukee bucks jerseys a ralph lauren outlet disaster, nike.com thrown nfl chargers jerseys into the river, prada outlet the ray ban sunglasses outlet river air max 1 flooded; hollister clothing store buried in bcbg max azria the huarache ground, everywhere nike.com smells pandora charms sky, reebok only the devil's wife air jordan retro holding pandora bracelet only safe ray ban and sound. hou jerseys In [b][/b] order nfl jerseys to swarovski online avoid the montre femme scourge kate spade outlet of disaster coach outlet store people, air jordan shoes the girls will air max schoenen take turns tommy hilfiger outlet stores holding nike soccer shoes the devil's mont blanc head, lunette ray ban pas cher one day coach outlet to softball bats hold. Heaven cheap michael kors day, barbour jackets equal to dre beats the michael kors ground a eyeglasses frames year, nfl giants jerseys the girls each year the barbour factory rotation nfl panthers jerseys of toronto raptors jerseys the nike mercurial day, nba jerseys that nike is, longchamp taschen Dai hollister clothing New ralph lauren polos Year, ray ban prezzi the nfl 49ers jerseys Dai celine bags people north face with michael kors handbags the ray-ban sunglasses feelings hugo boss outlet of supra footwear the atl jerseys girls admire, to the thomas sabo uk girl wrapped the north face in a adidas water, in cleveland cavaliers order to rush to nuggets jersey the nfl dolphins jerseys body burberry outlet of memphis grizzlies jerseys blood and coach purses factory adult nfl bengals jerseys fatigue ralph lauren polo , nfl bills jerseys As north face a fred perry polos kind prada of blessing valentino shoes to converse shoes clean up nike the tommy hilfiger outlet net. Later, polo ralph lauren outlet online the the north face outlet Dai basketball shoes people to indiana pacers jerseys commemorate the oakley outlet online seven dsquared2 outlet witty womens clothing brave nfl redskins jerseys women, rolex watches on the day coach outlet of this scarpe hogan year, cheap barbour jackets each ralph lauren outlet other ralph lauren online shop splashing water, from cheap nba shoes the formation burberry online shop of converse sneakers the Dai purses and handbags people true religion jeans outlet to nfl jaguars jerseys celebrate the cheap nfl jerseys new giuseppe shoes grand festival oklahoma city thunder - true religion jeans women Songkran michael kors Festival.
oakley

Добавить комментарий

Filtered HTML

  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Разрешённые HTML-теги: <a> <em> <strong> <cite> <blockquote> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd>
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
CAPTCHA
Докажите, что вы не спам-робот.
Fill in the blank.