Когда стройное мышление шахматиста ...туманят низменные страсти

Бывший сотрудник службы безопасности БТА Банка Николай Кузьменко в суде рассказал, как беглый олигарх Мухтар Аблязов пытался вернуться в бизнес после освобождения из колонии.

На продолжающемся в Таразе судебном процессе по делу об убийстве Ержана Татишева, в котором обвиняется Муратхан Токмади, утверждающий, что совершил преступление по заказу Мухтара Аблязова выступил специалист по системам безопасности БТА Банка Николай Кузьменко. Он с 1994 года работал начальником отдела новых технологий в АО «Стройтехпроект», который на тот момент принадлежал компании «Астана холдинг», созданной Аблязовым и его партнерами.

«Задачи тогда ставил непосредственно Аблязов. Объект был «Стройтехпроект», «Астана холдинг», и все предприятия, которые туда входили: склады, магазины и прочее. Аблязов лично отбирал людей на руководящие должности, тогда мы с ним познакомились. Мы в близком знакомстве не были, я сталкивался с его подчиненными, ставил задачи. Следующий период, когда он начал в политику играть, – период ДВК. Вся наша служба отказалась идти на эти митинги, в том числе руководители, охрана, но потом его посадили…», - рассказал Николай Кузьменко в суде по делу об убийстве банкира Ержана Татишева.

После заключения Аблязова под стражу Кузьменко остался без работы. Занимался собственными заказами и одним из его клиентов на тот момент стал правая рука Мухтара Аблязова – Муратбек Кетебаев. В его доме специалист устанавливал систему видеонаблюдения и сигнализацию. Спустя время, в 2003 году, Аблязов вышел на свободу и приехал в офис к Кузьменко. Он рассказал бывшему сотруднику, что планирует начать все заново.

«Он говорит: сейчас будет все хорошо, мне вернут «Банк ТуранАлем», еще ряд предприятий, которые, когда меня посадили, я переписал на людей. Не волнуйся», - вспомнил свидетель. Следующий разговор, по его словам, состояолся в начале осени и уже с Кетебаевым. Кузьменко вспомнил фразу Муратбека: «Муху кинули по-чёрному, все его бабки никто не хочет возвращать. Не волнуйся, мы по-любому это решим», - рассказал Кузьменко.

После этого разговора от Кетебаева последовала просьба помочь Аблязову с возвращением некой организации. Для этого необходимо было подписать заявление.

«Он говорит: Мухтару нужно вернуть одну организацию, наверху все схвачено и проблем не будет. Ну, раз все схвачено, я согласился. Далее был звонок Аблязова, от него я услышал фамилию Огая. Мы встретились, он принес заявление, я подписал его, не читая. Что это за заявление, я не знал. Позже узнал, что это было по линии «Костанай Асбест», - пояснил Николай Кузьменко.

Характеризуя своего бывшего руководителя, экс-сотрудник БТА Банка отметил, что Аблязова больше интересовали не деньги, а выстраивание бизнеса.

«Когда он вышел, он ожидал, что Татишев его долю вернет. Но получилось, один пообещал, другой не сделал, и у меня было такое ощущение, что у Мухтара «крышу» снесло. Он же талантливый человек, гроссмейстер, шахматист. Он ходы делает, рассчитывая партию до 15 ходов вперед. Все просчитывал, а тут у него не срослось. Его даже, знаете, не деньги интересовали: он разработал какую-то схему, и это получилось, он такой счастливый, довольный. И не вопрос, сколько денег отобьется, когда будет прибыль, сам процесс бизнеса его интересовал. Мне показалось, со слов Кетебаева, в этот момент он все планировал. Его, грубо горя, кинули, и у него просто «снесло башню», - заключил свидетель.

Искусство игры в шахматы, на деле, является по большей части запоминанием ряда дебютных комбинаций, ведущих к определенному этими комбинациями миттельшпилю — средней части игры. Дебютов этих несколько десятков, и хороший шахматист держит все эти схемы в голове, навязывая определенную стратегию противнику или же следуя уже навязанной им. Однако это не означает, как выразился Кузьменко, «просчитывания на 15 ходов вперед». И уж тем более это «просчитывание» не работает в других, не шахматных, сферах, иначе тот же Гарри Каспаров уже давно был бы президентом Российской Федерации. Однако по тому же Каспарову можно видеть, во-первых, что шахматные гроссмейстеры уверены, будто способны просчитывать наперед и события, происходящие вне шахматной доски. А во-вторых, когда жизнь доказывает обратное, шахматные мастера утрачивают контроль над эмоциями. Так что у Аблязова и впрямь могло снести «крышу» - ведь люди не шахматные фигурки, и двигаются они отнюдь не по тем законам, что приняты в этой увлекательной игре, которая реальной жизнью не является...

Макс ИВОЛГИН