Кадровый «голодомор» эмоциями по поводу «колониального прошлого» Казахстана не прекратить

Дефицит квалифицированных специалистов на сегодняшний день является одной из проблем в экономике Казахстана. Целыми отраслями руководят люди, не имеющие соответствующей профессиональной подготовки. Советский лозунг «Кадры решают все!» приобретает все большую актуальность. От решения этого вопроса зависит дальнейшее развитие республики, диверсификация и конкурентоспособность ее экономики.

Ситуация с квалифицированными кадрами в стране с каждым годом ухудшается, и дело здесь в первую очередь в системе образования и науки. Можно получить два (а то и три) отечественных «красных» диплома о высшем образовании и при этом писать с десятком ошибок на странице и не знать теоремы Пифагора, а будучи доктором наук (видимо, внося свой вклад в программу модернизации общественного сознания «Рухани жанғыру») утверждать, что Адам, Тутанхамон, Иисус Христос, Гомер, Конфуций, король Артур были если не казахами, то тюрками-кочевниками.

Да что доктора-профессора, целые институты создают и готовы создавать любые «истории», сопровождаемые волнами ономастического бума (с повальным переименованием городов, поселков, улиц с русских топонимов в казахские) и приятные для властей. Поскольку деятелей от ономастики совершенно не интересует мнение местных жителей (а соответственно, и то, как новые названия звучат на других языках «ста народов Казахстана»), то в стремлении избавиться от всего, что напоминает о «проклятом колониальном прошлом», о тех временах, когда страна была частью Российской империи и Советского Союза, они доходят до смешного.

Так, казахские ономасты в многочисленных переименованиях активно используют названия с приставкой «нур» («сияние», «свет»; составная часть имени президента Назарбаева). Только в новом году в Алма-Ате к существовавшим «НУРам» добавились Нуркент, Нур Алем, Нурлы Жол, Нурлы Тан, Нурсая. Апофеозом стало переименование микрорайона Колхозшы в Нуршашқан. Если на казахском это означает «излучающий свет», то на уйгурском языке (а уйгуры составляют до 80% жителей этого микрорайона) получается что-то вроде «сияющей мыши». Ничего не меняя к лучшему в социально-экономическом плане, такая мера лишь усугубляет этнический и культурный разрыв, обостряет межнациональные противоречия.

Наука должна привлекать наиболее талантливых людей, но государство обеспечивает регулярную зарплату только административному персоналу (директорам, бухгалтерам, уборщицам), ученые получают ее только после выделения грантов. Вернее, их остатков, поскольку зачастую гранты выдаются на псевдонаучные темы, псевдонаучным ИП и ТОО с откатами в 50-60%.

Ставшая правилом задержка на 3-5 месяцев финансирования институтов наряду с низкой зарплатой, отсутствие перспектив ведут к «вымиранию» энтузиастов, желающих связать свою жизнь с наукой. Прогнозы экспертов пессимистичны: через 8-10 лет страна столкнется с научным «голодомором» и не сможет развивать ни одну из отраслей экономики! При этом власти ждут каких-то чудес, способных обеспечить Казахстану прорыв то в пятерку, то в десятку, то в тридцатку развитых стран. Тем временем развитие страны строится не на собственных интеллектуальных разработках, а на некритичном использовании некоего международного опыта и советов зарубежных консультантов, которым платятся огромные деньги.

Проблемы дефицита кадров не избежала практически ни одна сфера экономики. Здесь и естественное выбытие профессионалов, подготовленных в советское время, и отток специалистов за пределы Казахстана сегодня. Эти потери не компенсируются ни количественным, ни, главное, качественным пополнением из вузов страны. Новоиспеченные казахстанские специалисты некомпетентны во многих вопросах.

В вузах не только снизился уровень общей теоретической подготовки, резко (до 20-25%) сокращено время на профессиональную. Практики, которую студенты в советское время проходили, реально работая на производстве, фактически нет. В результате подготовка кадров оторвана от производства и по качеству не соответствует его потребностям. Увы, никакая программа «Рухани жангыру» здесь не поможет. Образовательные программы должны создаваться с непосредственным участием представителей реального сектора экономики, а не формально, как это сейчас происходит. Нужны и существенные льготы, возмещающие затраты предприятий на подготовку кадров, прохождение студентами производственной практики.

Не случайно вместо вхождения в топ-30 конкурентоспособных государств мира республика, по данным Отчета о глобальной конкурентоспособности – 2017-2018 Всемирного экономического форума, по инновациям сползла на 25 позиций и заняла 84-е место. А в списке наиболее проблемных факторов для развития бизнеса после «доступа к финансированию» и «коррупции» появилась «недостаточно образованная рабочая сила». 

А ведь, по утверждениям специалистов, в наследство от Советского Союза Казахстан получил многопрофильную научно-образовательную систему с соответствующими кадрами. Более того, за годы независимости в республике было принято множество госпрограмм (отраслевых, импортозамещения, кластерных, ФИИР и т.п.) по развитию экономики. Их низкая результативность обусловлена не только слабым финансированием, но и отсутствием квалифицированных специалистов.

Острее всего проблема с кадрами в машиностроении – отрасли, которая как раз должна обеспечить диверсификацию структуры экономики и прорыв в ряды высокотехнологичных стран. К примеру, крайне сложно набрать инженерные команды для конструкторских бюро. Иностранные специалисты востребованы в различных отраслях казахстанской экономики. Они занимают руководящие позиции в банковском и нефтегазовом секторе, добывающих предприятиях, сфере образования, национальных компаниях. Понятно, что приглашение иностранных специалистов, как и обучение казахстанцев за границей, весьма затратны. Но и программа «Болашак» не спасает ситуацию. Ее стипендиаты предпочитают «офисные» специальности: юристов, экономистов, маркетологов. Иного и быть не может, если приоритет отдается финансово-торговому бизнесу, а на месте ликвидированных промышленных предприятий появляются супермаркеты и банковские офисы.

Научная и техническая сфера, утратив привлекательность для молодого поколения, не стала основой социально-экономического развития страны. В результате провального внедрения Болонской системы образования в республике выпускаются не инженеры, как это было раньше, а «специалисты» без углубленного изучения специальности, а потому не имеющие достаточных профессиональных знаний и навыков – бакалавры. На кафедрах наряду со слабыми преподавателями зачастую еще и отсутствует современная материально-техническая база. Причем не только для проведения научно-исследовательских работ, но и обучения студентов. Чему в таких условиях могут научить студентов? 

Деградация профессиональной подготовки привела к тому, что, по статистике, вузы и колледжи выпускают тысячи нужных стране специалистов, по факту – их днем с огнем не найдешь. На рынке труда не хватает всех: технологов, инженеров, сварщиков. Впору вообще сомневаться в существовании в Казахстане системы технического и профессионального образования. Свой промышленный потенциал (на основе своих научно-технических, технологических разработок), который позволит строить свои промышленные предприятия, исключив тем самым зависимость от других государств, не только не создается, но и деградирует. 

Наиболее толковая часть казахстанской молодежи, не видя перспектив в собственной стране, пакует чемоданы и устремляется в вузы России и других стран. Так, если в 2016 году в Россию уехало 22 тыс. выпускников местных школ, то в 2017 году из 131 тыс. выпускников – около 40 тыс., и эта цифра продолжает расти: и учат лучше, и стоит это дешевле. Россия обеспечивает грантами на обучение, стипендиями, местами в общежитиях, трудоустройством.

Многочисленные негативные тенденции кризиса казахстанской системы образования самым серьезным образом уже сказываются на будущем страны. Одной из основных тенденций является коммерциализация, ведущая к падению качества и снижению доступности образования.

Необходимо восстановить не только разрушенную систему профтехобразования, но и выявлять потребности отраслей и регионов страны в рабочих и специалистах. Для этого в системе стратегического планирования следует возобновить практику разработки отчетных и прогнозных балансов трудовых ресурсов и их движения по отраслям и регионам. Ведь качество рабочей силы сегодня – тот фактор, который определяет инвестиционную привлекательность страны.

Решение кадровых проблем, учитывая сырьевую направленность экономики, крайне важно для республики. Глобальная конкурентоспособность страны невозможна без ускоренной технологической модернизации предприятий, а значит, и без подготовки высококвалифицированных специалистов. В связи с этим необходимы четкие правительственные стратегии решения вопросов кадрового дефицита, которые должны поддерживаться и контролироваться государством.

Увы, продолжающийся процесс бездумного, с приданием статуса услуги, реформирования отечественного образования (как школьного, так специального и вузовского), ориентированного на получение сертификатов, аттестатов, дипломов, а не систематических знаний, не дает оснований для оптимизма. И тут никакая борьба с русской топонимикой и проклятия по поводу «колониального прошлого» не выручат.


www.ritmeurasia.org