ДОСЫМ САТПАЕВ: ЕДИНСТВЕННАЯ СФЕРА, ГДЕ НЕ ДОМИНИРУЮТ ГРУППА КУЛИБАЕВА-МАСИМОВА - ЭТО ПАРТИЯ «НУР ОТАН»

 

 
В обществе арест известного топ-менеджера восприняли с чувством удивления и негодования. Тем более что параллельно с известием о его задержании прошла информация о новых «назначениях» среднего зятя президента, который стал председателем совета директоров сразу еще в трех национальных компаниях. Что стоит за этими последними событиями? Своими мыслями по этому поводу мы попросили поделиться политолога Досыма Сатпаева.
«Он мне не сват, не брат, но...»
- Досым, с чем Вы связываете отставку Мухтара Джакишева?
- Его отставку я связываю с двумя основными моментами. Это последствия той мощной информационной и судебной борьбы, которую ведет сейчас власть с Мухтаром Аблязовым. Всем были известны довольно неплохие отношения между Джакишевым и Аблязовым, и это дало хороший повод. Однако причина отставки заключается в том, что «Казатомпром» при Мухтаре Джакишеве превратился в одну из серьезных, эффективных и перспективных компаний мирового уровня. Хочу подчеркнуть, что в Казахстане только две вертикально интегрированные компании действительно конкурентоспособные - это «КазМунайГаз» и «Казатомпром».

- Так, может, дело не в личности Джакишева, а в том, что уран стал востребован?

- Когда Мухтар Джакишев возглавил эту компанию, атомная сфера Казахстана была практически на периферии, ею никто не интересовался. Советский Союз распался, а у нас и не знали, что со всем этим хозяйством делать. Тем более все оно было хлопотное, старое, экологически грязное. В те времена, когда все наши крупные олигархические группы кинулись осваивать более прибыльные сферы - нефть, газ, металлы, атомная сфера была нелюбимым ребенком в экономике Казахстана. Когда туда ушел Джакишев, никто серьезного внимания на это не обратил, потому что никто не предполагал, что эта сфера окажется приносящей прибыль и даже сможет стать одним из локомотивов казахстанской экономики.

У меня индифферентное отношение к Джакишеву - он мне не сват и не брат, не друг и не враг. Но если поставить его в один ряд с топ-менеджерами одного с ним поколения, то он один из немногих, который из чего-то сделал что-то, достойное внимания. И при этом сделал, не имея, в отличие от нефтегазовой сферы, мощного потенциала.

- Сейчас все говорят, что Джакишева «ушли» только из-за того, что он дружил с Аблязовым. Вы с этим не согласны?

- Я еще раз готов повторить - не только в этом причина. Это повод. Причина состоит в том, что в условиях кризиса, когда казахстанская экономика сильно сжимается, сокращаются прибыльные сферы, автоматически увеличивается конкуренция между группировками за то, что осталось. И «Казатомпром», по сути, одна из немногих сфер, которая даже в условиях кризиса демонстрирует определенный рост.
Это связано с тем, что по всему миру идет активное возвращение к атомной энергетике. Так уж сложилось, что, когда в прошлом году цены на нефть стали резко подниматься, многие государства пересмотрели свою энергетическую политику и стали обращать внимание на возрождение либо на создание атомных электростанций. Сейчас в Китае обширная программа, на которую они собираются тратить очень большие деньги. И Казахстан смог на этот рынок войти. Получается, что в ближайшие годы перспективы «Казатомпрома», как игрока на этом рынке, более-менее хорошие. И я думаю, желающих получить контроль над этой структурой становилось все больше и больше. То есть у отставки Джакишева две причины, при этом первая - аблязовская - идет фоном, а вторая является ключевой.

- Как Вы думаете, какую судьбу уготовили для Джакишева?

- Поскольку сейчас катком идут по всему окружению Аблязова, то Джакишева тоже могут «закатать в асфальт». У нас в Казахстане человек не обязательно должен быть виновен. Это мы увидели с Кулекеевым. 

«Младотюрки» проиграли

- Так кто из группировок победил в борьбе за урановый ресурс?


- Я могу сказать, кто проиграл. Проиграла так называемая группа младотюрков. Те самые молодые, амбициозные, перспективные, которые в 90-х годах занимались бизнесом и на которых в свое время обратил внимание президент. Вот эта группа сейчас на всех фронтах теряет и людей, и свое влияние.

- А кто тогда остался в выигрыше?

- Судя по тому что это произошло параллельно с усилением Тимура Кулибаева, то можно предположить, что его группа. Мы видим, что в нынешних условиях Кулибаев крепко стоит на ногах, и единственная сфера, где он не доминирует, - это пока только партия «Нур Отан». Если Масимов и Кулибаев установят контроль над партией «Нур Отан» и «Самрук-Казыной», то можно будет уже с полным основанием сказать, что в Казахстане установилась полнейшая монополия со стороны этой группировки. Пока же мы видим ее локальные успехи.

- Почему Вы считаете, что у этой группы нет полного контроля над ФНБ?

- Потому что Кайрат Келимбетов - это не человек Кулибаева, это ставленник президента, и его специально поставили в качестве противовеса Кулибаеву. То есть глава государства, как опытный игрок, понимает: если давать палец, могут откусить всю руку.

- Говорят, что урановая отрасль - это был последний экономический актив президента. С уходом Джакишева он, по сути, перешел к среднему зятю. Как Вы относитесь к этой версии?

- Не надо списывать со счетов главу государства. Когда кто-то говорит, что президент чуть ли не назначил их преемниками, я думаю, что это передергивание фактов и что данные слухи специально инициируются, чтобы в какой-то степени дискредитировать эту группу. Здесь все намного сложнее.

Глава государства держит бразды правления в своих руках, хотя руки и слабеют. У Назарбаева есть другие игроки в противовес группе Масимова - Кулибаева. Та же самая южная группа. К тому же не надо списывать его старую гвардию: Абыкаева, Калмурзаева. Поэтому я и говорю, что мы видим пока локальные успехи этой группы.

Но если президент захочет найти козлов отпущения в связи с плохой работой по реализации антикризисной программы, то ими может стать и группа Кулибаева - Масимова. Большие возможности - это большая ответственность и большие уязвимые зоны. Они слишком много на себя перетянули, следовательно, с них и спрос будет большой.

- А как Вы думаете, почему Кулибаев решил выйти из тени - был замом, а тут сразу председателем совета директоров трех крупнейших компаний?

- Потому что это крупнейшие доходные отрасли казахстанской экономики. В условиях кризиса эта группа просто пытается воспользоваться образовавшимся вакуумом и ослаблением других группировок, которые начинают терять активы. Но они не учитывают один очень важный момент: если они чрезмерно усилятся раньше, чем этого захочет сам президент, то глава государства поддержит группировки, которые сейчас эта группа пытается отодвинуть на второй план.

К тому же я бы не сказал, что он выходит в публичную сферу. Занимая эти должности, он не становится публичным человеком. Он и раньше занимал не маленькие должности в «КазМунайГазе», но в публичного общественного деятеля так и не превратился. Он до сих пор теневой игрок, который просто сидит и дергает ниточки. Конечно, количество ниточек у него в руках увеличилось, но это не говорит о том, что он уже на виду у всех. Он осторожен, и это его черта характера.

Гайки закручиваются

- Получается, если бы у Джакишева не было в друзьях Аблязова, то у него бы в машине появился чемоданчик со 100 тысячами?


- Одним из серьезных последствий кризиса (я сейчас не говорю об Аблязове) будет и уже является передел собственности. Посткризисный Казахстан будет сильно отличаться от того, каким он был до кризиса - и с точки зрения владельцев собственности, и с точки зрения тех или иных влиятельных лиц. Я думаю, что, если бы не было дела Аблязова, Джакишев в любом случае был бы в том или ином черном списке. 

- Но арест топ-менеджеров пошатнул позиции компании на рынке. Получается, обезглавив «Казатомпром», его подкосили...

- Ну, в том, что подкосили «Казатомпром», нет ничего непривычного, потому что они плохие шахматисты и дальше одного хода обычно не прогнозируют. Это и является теми граблями, на которые они постоянно наступают. Они видят определенную цель, идут к ней, как бульдозеры, при этом возможные последствия достижения цели часто не просчитывают. И это везде. Поэтому тут нет ничего удивительного.

- Говорят, менеджеров «Казатомпрома» задерживали ночью, причем сотрудники спецслужб были в масках. Но почему ночью, а не днем?

- Это связано с процессом закручивания гаек. Сейчас основная цель - держать в напряжении всех, в том числе и элиту. А такие способы повышают уровень напряжения. Они показывают, что враги не дремлют, в том числе и внутри Казахстана. Конечно, эти методы напоминают 30-е годы и сильно ударяют по имиджу власти. Не хватает только черных «воронков», которые должны тихо подъезжать и без шума и гама забирать людей в неизвестность.

- Вы слышали о том, что Назарбаев сейчас находится в краткосрочном отпуске? Как думаете, с чем связана эта «передышка»?

- У нас если глава государства уходит в отпуск, то - не всегда, но очень часто - это является предвестником перестановок. 

- А это не говорит о том, что он просто не хочет брать на себя ответственность за происшедшее с Джакишевым?

- Я бы не стал рассматривать дело Джакишева как столь значимое для Назарбаева, чтобы он из-за этого уходил в краткосрочный отпуск. Тогда можно было бы с таким же успехом уйти в отпуск, когда было дело Аблязова. 

- Ну, Аблязов все-таки не Джакишев. Джакишев не был в ДВК.

- Здесь я бы хотел провести четкую границу. Если брать последние жесткие действия власти по отношению к тем или иным представителям политической и бизнес-элиты, то все-таки Джакишева я бы отнес к категории Кулекеева. Он тоже хороший специалист, лояльный к власти, абсолютно не имеющий амбиций в плане политики. Единственная большая ошибка Джакишева была в том, что он был связан с Аблязовым. 

Еще раз повторю: дело Аблязова дало хороший повод. Ведь на Джакишева наезжали еще раньше - до Аблязова и до кризиса, но он крепко стоял на своих позициях. Сейчас у него, как в пазле, сложились разные неблагоприятные фрагменты. Самое интересное, что до последнего момента Джакишев сам не верил, как тот же Ходорковский, что с ним так поступят. Поэтому он и остался в стране. Хотя в вашей газете за два месяца до происшедшего говорили о возможном аресте. То есть сам Джакишев был настолько уверен, что его это не коснется именно в такой форме, что он посчитал нужным остаться в Казахстане.

- В обществе такое напряжение, что впору ждать второго ДВК, который будет выступать уже против второго зятя. Нет у Вас такого ощущения?

- А почему бы и нет? Все зависит от так называемого болевого порога. Когда у людей возникает понимание того, что они загнаны в тупик, они могут пойти на радикальные меры, в том числе опять могут встать на более жесткие политические позиции. Хотя сам Аблязов может делать это и за пределами республики. В том плане как это пытался делать Кажегельдин, но у него не получилось. Тем более сейчас намного легче создать новую организацию, чем работать со старыми. 

Самое серьезное негативное последствие для власти, я думаю, может заключаться в том, что и арест Кулекеева, и арест Джакишева окончательно подрывают доверие бюрократического аппарата к власти. У любого бюрократа, даже если он выполняет свою функцию хорошо, уже нет гарантии безопасности. Вот это самое опасное.
Потому что все видят, что в тюрьмах сейчас оказываются не самые ярые коррупционеры, а награды получают очень часто те, кто должен был оказаться на нарах. Если в Казахстане такая система работает, то уровень легитимности и доверия к ней падает даже со стороны тех, кто на нее работает.
Автор: Татьяна ТРУБАЧЕВА
 
Источник: Газета "Республика" №19 (154) от 29.05.2009

 

Комментарии

Умничка все ж таки Дос. Гигант!
Видно, что правдиво написанодепозиты. Сатпаев вроде как объктивен и не играет под чью-то дудкуаукро