Сможет ли новый закон о митингах всколыхнуть «политическое болото»?

Итак, глава государства Касым-Жомарт Токаев подписал закон «О порядке организации и проведения мирных собраний в Республике Казахстан». Пожалуй, не будет преувеличением сказать, что с момента прихода к власти второго президента РК ни один законодательный акт не ожидался с таким нетерпением.

Некоторые наблюдатели даже указывали на то, что именно этот документ должен стать своеобразной несущей конструкцией внутренней политики Токаева и некой вехой, символизирующей дрейф власти в сторону либерализации политической системы государства. Нелишним будет вспомнить, что разговоры о необходимости движения в этом направлении ведутся давно, но дальше деклараций дело как-то не шло. Однако с приходом Токаева надежды вновь затеплились. Правда, даже несмотря на то, что такая необходимость признавалась на самом верху,  все равно вставал вопрос, как ее можно и нужно осуществить. 

В этой связи весьма любопытным выглядело сентябрьское 2019 года послание второго президента народу Казахстана, в котором он напрямую коснулся данной темы. Правда, сделал это довольно осторожно и, можно даже сказать, несколько витиевато: «Мировой опыт свидетельствует о том, что взрывная, бессистемная политическая либерализация приводит к дестабилизации внутриполитической ситуации и даже к потере государственности. Поэтому мы будем осуществлять политические реформы без «забегания вперед», но последовательно, настойчиво и продуманно. Наш фундаментальный принцип: успешные экономические реформы уже невозможны без модернизации общественно-политической жизни страны».

В этом высказывании ключевой представляется последняя фраза. И если спроецировать ее смысл на казахстанскую политическую действительность, то, на наш взгляд, вполне можно сделать следующие допуски.

Во-первых, пусть и косвенно, но признается, что консервация режима единоличной власти в прежнем формате уже не может продолжаться.

Во-вторых, ресурс прежнего негласного общественного договора (который сводился к тому, что общество не вторгается активно в политику, а взамен власть обеспечивает народу достойную жизнь) практически уже исчерпан.

Следовательно, пришло время заключить новый общественный договор. Но кто и как будет определять его формат и содержание? Идеологи из команды Токаева явно пытаются оформить это в контурах концепции так называемого слышащего государства. И первым шагом стала инициатива, касающаяся смягчения закона о мирных собраниях. На фоне волны протестных акций, прокатившейся по стране весной и летом прошлого года и сопровождавшейся задержанием активистов, она выглядела особенно актуальной.

Однако, как это ни странно, несмотря на ожидания общества, с самого начала работы над проектом нового закона он стал подвергаться оглушительной критике со стороны оппонентов власти, начиная с правозащитников и заканчивая представителями журналистского цеха. Причем временами накал отторжения достигал степени, граничащей с обструкцией.

При этом каждая из сторон видела в новом законопроекте только то, что выгодно высвечивало именно ее позицию. Власть акцентировала внимание на том, что принципиально важным является переход к сугубо уведомительному порядку проведения мирных собраний. В ответ правозащитники заявляли, что при проведении спонтанных мероприятий в Казахстане не может быть никаких уведомлений. И достичь консенсуса не удается до сих пор, хотя, по общему мнению, новый закон действительно несколько смягчает условия проведения митингов и других мирных акций.

Но самое парадоксальное заключается в том, что представители отечественных СМИ занимают в отношении нового закона более жесткую позицию, чем даже правозащитники. Журналисты считают, что в предлагаемом виде он значительно осложнит их работу.

Как бы то ни было, закон принят, а значит, отныне мы будем жить по новым правилам. В этой связи хотелось бы понять, насколько он оживит (и оживит ли вообще) внутриполитическую жизнь в Казахстане. И это вопрос отнюдь не риторического свойства, а имеющий большое значение для будущего нашей страны. 

Будем честны перед самими собой. Мы все уже забыли, что такое цивилизованная политическая жизнь. Давно кануло в Лету такое понятие, как политическая конкуренция. Напрочь отсутствует борьба идей, политических платформ, различных концепций. Как следствие, на протяжении всех этих лет рядовые законопослушные граждане в большинстве своем приходили на избирательные участки в рамках сугубо формального процесса, чтобы «на автомате» бросить в урны выдаваемые им бюллетени. А значительная часть общества беззастенчиво предавалась абсентеизму, голосуя ногами.

Сможет ли новый закон о мирных собраниях хоть как-то всколыхнуть это политическое и электоральное болото? Окажутся ли наши люди способными на то, чтобы цивилизованно, но твердо высказывать свои требования после того, как государство дало им на это хоть какой-то шанс? Или же всеобщая апатия и инфантильность настолько глубоко въелись в наши поры, что нас уже ничем не проймешь? Быть может, этот закон нам теперь и вовсе ни к чему?

За годы политического безвременья часть нашего общества нашла себе отдушину в социальных сетях. Вот где действительно кипят нешуточные страсти. Но следует понимать, что тот сегмент соцсетей, который проявляет хоть какой-то интерес к политической жизни, представляет собой лишь небольшую часть социума и никоим образом не отражает тренды, формирующиеся в массовом сознании. Хотя, с другой стороны, как показывает опыт той же «арабской весны», именно социальные сети могут стать катализатором энергетики масс. Но насколько тот опыт может быть применим к нашей действительности – это едва ли кто возьмется предсказать.

Наверное, нельзя категорически утверждать, что все слои казахстанского общества в этот период политического безвременья находились в состоянии летаргического сна. Мы все прекрасно помним, что отдельные группы наших граждан время от времени будоражили общественное мнение, публично озвучивая те или иные требования. Например, ипотечники, дольщики, «самозахватчики» земельных участков, многодетные матери, владельцы праворульных авто и машин с армянскими номерами, некоторые другие. Однако справедливости ради следует сказать, что все эти граждане выражали и защищали свои узкогрупповые интересы,  а потому основная часть общества занимала по отношению к ним позицию сторонних наблюдателей. Да, были редкие исключения вроде «земельных митингов» 2016-го, но даже тогда говорить о каком-то едином народном порыве не приходилось.

О чем это свидетельствует? Прежде всего, о вещах весьма грустных и не внушающих особого оптимизма по поводу нашего же политического будущего. Мы – абсолютно разобщенная нация. Тут сразу же возникает вопрос: кто в этом виноват? Оппоненты власти, которые так любят обвинять ее во всех смертных грехах, сразу же кивнут в ее сторону. Но насколько объективна и справедлива такая позиция? Не лучше ли попытаться разобраться в самих себе?

Думаем, не откроем Америки, если скажем, что как нация мы не очень способны к организации. Мы неспособны к этому даже в рамках отдельно взятого коллектива. Простой пример в качестве иллюстрации. Можно ли представить, что, допустим, в какой-то одной школе учителя, которыми помыкают все кому не лень, однажды возьмут и дружно откажутся от участия в субботниках, от «добровольно-обязательной» подписки на периодические издания, от навязанной им работы в избирательных комиссиях и т.д.? Полагаем, что такой сценарий – из области фантастики. Хотя если бы весь педагогический коллектив школы (пусть даже без директора и завучей) выступил, как говорится, единым фронтом, то к его мнению вышестоящим чинам пришлось бы прислушаться – ведь всех учителей не уволишь, всем ставки не срежешь.

Разумеется, вышесказанное вовсе не означает, что наше общество, граждане не нуждаются в политических правах и свободах. Все-таки на дворе XXI век, и действовать в этом вопросе только запретительными или ограничительными методами, по меньшей мере, нонсенс. Взаимоотношения власти и общества должны строиться в цивилизованном русле. Граждане должны иметь право и возможности для выражения своих запросов и требований. Власть же обязана слышать эти сигналы и адекватно реагировать на них. Казалось бы, прописные истины. Но, как ни печально это констатировать, для их постижения нам потребовалось несколько десятилетий суверенной истории.

И вот, кажется, лед тронулся. Теперь очень важно, чтобы этот тренд получил практическое закрепление и чтобы в нашем обществе начало формироваться то, что принято называть политической культурой. Без этого мы вряд ли сможем войти в когорту цивилизованных демократических государств.

Остается надеяться, что, сделав первый шаг, мы не остановимся на полпути, и наша политическая действительность изменится в лучшую сторону. А такие печальные эксцессы, которые имели место весной и летом прошлого года, останутся достоянием истории, а мы сумеем извлечь из них полезные уроки. Причем это касается и власти, и общества, и отдельно взятых граждан. Время конфронтации должно уйти в прошлое.

Другого пути у нас просто нет.

Central Asia Monitor