Почему дружба народов Казахстана превращается в миф?

Приближается четвертая годовщина кордайской трагедии, которая наглядно показала, что с межнациональным согласием в нашей стране далеко не все так гладко, как преподносилось, и что мы не застрахованы от других подобных катаклизмов, способных возникнуть в любой момент и по любому поводу.

Цепная реакция

Чем дальше по времени отодвигаются от нас события начала 2020-го, тем меньше остается надежд на то, что государство извлечет из них уроки и наведет порядок в этой деликатной, но взрывоопасной сфере. Межэтническая напряженность сохраняется в том числе на фоне неудовлетворенности результатами судебного разбирательства, которое, по словам многих юристов, было однобоким с многочисленными нарушениями и даже пытками. Из нескольких тысяч нападавших на дунганские села лишь несколько человек приговорены к реальным тюремным срокам (от 5 до 20 лет). Среди осужденных есть и сами дунгане, которые были вынуждены защищать свои дома и близких.

Но главное – мы так и не узнали, кто на самом деле стоял за массовыми беспорядками и какую цель преследовал, ведь очевидно, что погромщики кем-то управлялись. Показательно наказав «стрелочников», но оставив на воле истинных организаторов, власти тем самым создали благодатную почву для чувства безнаказанности и вседозволенности у одних и ощущения страха и бессилия - у других. Печальные последствия этого мы наблюдали спустя два года во время январских событий, которые разворачивались по схожему сценарию, но уже более изощренному, и повлекли за собой значительное число жертв, а также огромный экономический урон.

Эксперты считают все это результатом того, что на политическом уровне так и не была дана объективная оценка беспрецедентному по масштабам и жестокости для нашей страны межэтническому конфликту. Соответственно не были приняты действенные меры. Пострадавшие не добились ни адекватного наказания преступников, ни полноценного возмещения ущерба, вследствие чего чувствуют себя вдвойне ущемленными. Бурлящий котел просто накрыли крышкой, да еще подбросили дров в огонь.

Неоднозначным оказалось восприятие кордайских событий и в казахстанском обществе. Большая его часть, конечно, искренне сострадала дунганам, но нашлось немало и тех, в том числе среди публичных персон, кто их же и обвинил в произошедшем – дескать, не уважают они казахов и не хотят интегрироваться с ними. Впрочем, такая позиция весьма популярна при межэтнических столкновениях – достаточно вспомнить дискуссии в соцсетях вокруг казахско-уйгурских, казахско-чеченских, казахско-курдских и прочих инцидентов.

Двойные стандарты

Чтобы объяснить природу подобных настроений, необходимо заглянуть в их корень. А там лежит пресловутая модель «межнационального согласия и единства», некогда навязанная сверху (институтами власти) как «уникальная» в своем роде. Но если на первых порах она еще кого-то и вдохновляла, то потом размылась и перестала работать, в том числе после серии межэтнических конфликтов, где демонстрировалась благосклонность к одной этнической группе и игнорировались права другой. А такие ее базовые установки, как «братство», «сплоченность», «равенство» и «толерантность», стали носить чисто декларативный характер.

Как полагают эксперты, эта модель является ничем иным как казахстанской версией советской этнополитики с ее делением на «братьев» – «старшего» и «младших». Если говорить простыми словами, то суть ее заключается в сплочении всех этнических групп вокруг казахской нации, что подспудно обязывает их знать и ценить ее язык, культуру, традиции и т.д., а свои культурные ценности считать второстепенными. Отсюда, собственно, все эти двойные стандарты и разделение на «казахский народ» и «народ Казахстана». Естественно, что так называемые национал-патриоты восприняли этот концепт как сигнал к действию и принялись открыто дискриминировать остальных по языковому признаку, а также требовать для себя исключительных прав на ресурсы и привилегии.

Потому неудивительно, что Ассамблея народа Казахстана, объединившая все национальные меньшинства, оказалась не в том положении (и юридическом статусе), чтобы серьезно влиять на соблюдение межэтнического баланса. Да, помимо проведения «сплачивающих» мероприятий, она занимается мониторинговой и аналитической деятельностью, транслирует в общем-то правильные мысли, но все это носит рекомендательный, а не обязывающий характер, то есть не имеет практической пользы. Кроме того, не приходится говорить об адекватной представленности неказахов в парламенте (18 процентов, включая сенаторов от АНК) при том, что они составляют 30 процентов населения страны, и тем более в структурах исполнительной власти, где их крайне мало и где, по сути, некому защищать интересы национальных меньшинств.

Что же касается тех, кто в силу своего функционала должен работать на предупреждение межэтнических конфликтов (правоохранительные органы, отвечающее за эту сферу министерство, департаменты внутренней политики при акиматах), то они, как мы видели на примере событий в Кордайском районе, неспособны ни обеспечить безопасность граждан, ни защитить их права, ни даже провести нормальное расследование. Как правило, они либо дистанцируются от реальных проблем, либо проявляют реакцию уже постфактум, причём обычно запоздалую. Очевидно, что проводимая сейчас в Казахстане этнополитика не только не снижает уровень напряжение, но и провоцирует граждан на новые конфликты, подталкивает их к эмиграции.

От слов к делу

В первые недели после кордайских погромов казалось, что государство всерьез занялось совершенствованием этнополитики. В частности, в Министерстве информации и общественного развития был образован Комитет по развитию межэтнических отношений, а при нем – Институт прикладных этнополитических исследований. Но потом пришел «ковид», следом Кантар, на фоне которых вся эта активность пошла на спад… Хотя поначалу и эксперты, и общественность позитивно встретили создание новых структур (КРМО и ИПЭИ), полагая, что в такой полиэтничной стране, как Казахстан, они должны быть по умолчанию.

Между тем, рецепт формирования здоровых межнациональных отношений прост – это равенство во всем, но при условии, что оно будет строго соблюдаться, а не только декларироваться. Для этого нужно устранить любые этнические преференции, обеспечить всем этносам условия для свободного и полноценного развития, сохранения национальной идентичности, равный доступ к экономическим ресурсам, пропорциональное представительство в органах власти. Плюс повысить общий уровень благосостояния граждан. Безработица, низкие доходы, высокая закредитованность, проблемы с жильем, социальное неравенство, плохое качество медицинских услуг, образования и т.д. ведут к росту недовольства, которое часто выливается в злобу, нередко направленную на представителей других этносов, и в насильственные действия.

Как резюмируют эксперты, Казахстану необходима совершенно новая модель этнополитики, основанная на инклюзивности и справедливости, не содержащая даже намёка на дискриминацию. Но прежде нужно провести беспристрастный анализ причин межнациональных конфликтов с соответствующими проактивными действиями, уделив особое внимание местам компактного расселения этнических групп, которые в наибольшей степени рискуют стать объектами ксенофобии и чувствуют себя чужими на родной земле.

СПИК-Тайм